Храм николы в кленниках

РОЛЬ ОБЩИНЫ НИКОЛЬСКОГО ХРАМА НА МАРОСЕЙКЕ В ДУХОВНОЙ ЖИЗНИ МОСКВЫ XX В.

А.Ф. Грушина

Московский журнал: история государства Российского ул. Николоямская, 45-8-1, Россия, Москва, 109004

В статье рассматривается история становления и развития общины московского храма святителя Николая в Кленниках в Москве. Проведенный анализ позволил выявить духовные корни и связи прихода, его характерные особенности, главная из которых заключалась в том, что он не был разрушен после закрытия храма и отъятия пастырей, что являлось уникальной ситуацией тех лет не только для Москвы, но и всей Русской Православной Церкви.

Ключевые слова: культура, духовная жизнь, Маросейская община, богослужебная семья, приходская жизнь, старец Алексий Мечёв, священномученик Сергий Мечёв.

Введение

Обоснование темы. В самом начале старинной московской улицы Ма-росейска (рядом со станцией метро Китай-город) находится небольшой храм во имя святителя Николая Мирликийского в Кленниках, история строительства которого восходит к XVII в.

Храм примечателен тем, что в конце XIX в. в нем зародилось духовное объединение верующих, сплотившихся вокруг его настоятеля протоиерея Алексия Мечёва, в миру известного всей России старца. Это объединение, названное старцем-основателем «монастырь в миру», после его кончины, с начала 1920-х гг., окормлялось его сыном священником Сергием Мечёвым, а также иереем Борисом (Холчевым), а затем их единомышленниками и последователями.

Эта, по словам священномученика Сергия Мечёва, «покаяльно-богослу-жебная семья» смогла сохранить общинный дух и церковное единение и пронести их через все тяготы послереволюционных, а затем и хрущевских гонений на церковь. Благодаря своим пастырям Маросейский храм стал единственным в своем роде феноменом духовной, культурной и социальной жизни Москвы XX в. В наши дни, когда понятия «духовность» и «культура» трактуются очень вариативно, а обозначенные ими сущности подвергаются эрозии, становится актуальным вопрос изучения духовной составляющей истории Маросейской общины в конце XIX — XX вв.

Обзор литературы. История храма святителя Николая в Кленниках на Маросейке, а особенно история его нового и новейшего периодов, ни разу монографически не исследовалась. Имеются лишь отдельные материалы, публиковавшиеся в середине XX в. за рубежом. Прежде всего, это эмигрантский сборник «Надежда» и книга члена епархиального управления ЗападноЕвропейского экзархата Московского Патриархата М.Н. Эндена о старце Алексии Мечёве .

С началом перестройки появились книги и статьи о Никольском приходе на Маросейке и в России. Например, в 1991 г. увидел свет «Московский приходской сборник», в котором поместили материалы по истории храма Николо-Кленники, по связям Маросейки и Оптиной пустыни и др. .

В 1990-х — 2000-х гг. вышло «Жизнеописание Московского старца Алексия Мечёва», подготовленное его духовной дочерью М.Н. Соколовой (монахиней Иулианией) — свидетельство современницы, пользовавшейся доверием маросейских священников. Также были изданы жизнеописания ряда так или иначе связанных с Маросейской общиной иереев и архиереев и воспоминания некоторых членов общины. В 2012 г. автор данной статьи опубликовала двухтомную монографию «Друг друга тяготы носите…», раскрывающую смысл и значение пастырского пути священномученика Сергия Ме-чёва . Внучка о. Сергия Мечёва Ирина Сергеевна подготовила фактически выверенное житие старца .

Цель и задачи. В статье предполагается рассмотреть историю становления и развития общины московского храма святителя Николая в Кленниках (Маросейка). Анализ специфики исторического развития Маросейского храма позволит выявить характерные особенности этого прихода, его духовные корни и связи, показать как приход смог сохраниться и после закрытия храма.

Исследование проблемы

Первое упоминание о церкви в этой части Китай-города относится еще к XV в.: в 1468 г. в память спасения города от пожара великий князь Иоанн III поставил здесь деревянный храм во имя преподобного Симеона Дивно-горца. В 1657 г. к нему пристроили Никольский придел, по которому позднее храм и стал называться. В 1690 г. возвели Казанский придел. Сооружением новой колокольни в 1749 г. завершилось формирование архитектурного облика ансамбля.

В целом жизнь небольшого и скромного храма протекала тихо и размеренно. Из важных событий XIX в. необходимо указать на факт дарения в 1869 г. московскою почетною гражданскою Анною Васильевой Левиной Феодоров-ской иконы Божией Матери . С этой чудотворной иконой будет многое связано в истории храма святителя Николая в Кленниках на Маросейке. Во вре-

мя настоятельства протоиерея Алексия Мечёва установится правило еженедельно служить перед этим образом молебен — правило, исполняемое и в наши дни.

Особую известность храм приобрел в первые десятилетия XX в., когда здесь начала складываться Маросейская община, опиравшаяся на духовный опыт оптинского старчества.

Старчество — уникальное явление преимущественно русской духовной жизни, которое получило широкую известность с расцветом в XIX в. Опти-ной пустыни, когда там подвизались духоносные старцы. Природа и смысл старчества, по самой сути своей, подразумевает жизнь вдали от мира. Старец возлагает на себя полную ответственность за душу вверившегося ему человека и ведет его к спасению.

В 1893 г. настоятелем Николы-Кленников стал сын регента митрополичьего Чудовского хора священник Алексий Мечёв (1859-1923). Первое, что сделал отец Алексий, — вопреки бытовавшей тогда церковной практике он ввел в храме ежедневное богослужение. Однако богомольцы не спешили на Маросейку. «Восемь лет служил литургию каждый день при пустом храме, — рассказывал впоследствии батюшка. — Один протоиерей говорил мне: «Ничего у тебя не выйдет, понапрасну звонишь»» .

Отец Алексий продолжал служить. Постепенно молва о нем как о добром батюшке, к которому можно обратиться в любой момент, распространилась по всей Москве. Его стали приглашать на требы в разные концы города. Монахиня Иулиания (Соколова), объясняя этот факт, написала: «Батюшкина чуткость, умение подойти к людям, простота, добросердечность везде оставляли тихий свет примирения, тепла, надежды, успокоения и радости» .

Так, по молитвам и делам отца Алексея начала собираться община. После смерти жены (1902) по совету отца Иоанна Кронштадтского: «Будь с народом, войди в чужое горе, возьми его на себя и тогда увидишь, что твое несчастье мало, незначительно в сравнении с общим горем, и легче тебе станет» , — батюшка, оставаясь настоятелем храма, одновременно взял на себя подвиг старчества, окормляя не только уже весьма многолюдный маро-сейский приход, но и принимая страждущих со всех концов страны. По свидетельству монахини Иулиании (Соколовой), «к благодати восприятия старчества он был, несомненно, подготовлен многими годами поистине подвижнической жизни» .

В 1910 г. отец Алексий уже был известным в духовной и мирской среде священником. К нему шли и ехали сами, к нему посылали народ оптинские старцы: он выслушивал, вымаливал, обращал в православие. Один такой случай описан в «Московских церковных ведомостях»: «Присоединение к православию. 21-го ноября в храме св. Николая чудотворца, что в Кленниках, на Маросейке, о. настоятелем священником А. А. Мечёвым была присоедине-

на к православной церкви из лютеранства крестьянка Лифляндской губернии Феллинского уезда Юлия Яковлевна Лягц, 24 лет» .

Находясь в средоточии мирской суеты, священник Алексий Мечёв взял на себя подвиг старчества. Епископ Аресений (Жадановский) вспоминал: «Отец Алексей перенес Оптину в Москву, заключил ее в свою многолюбивую душу и щедро раздавал приходящим к нему неоскудевающие благоуханные дары пустыни: смирение, радость, милость и дар даров — любовь» . Отец Павел Флоренский сформулировал еще конкретнее: «Маросейская община была по духовному своему смыслу дочерью Оптинской пустыни: тут жизнь строилась на духовном опыте» .

Во многом благодаря «оптинскому духу» предстоятелей и прихожан Маросейской общины она сумела сохранять молитвенное общение в тяжелейшие времена и передать его потомкам. Важной была его духовная связь с современными ему оптинскими старцами Феодосием (Поморцевым; ум. 1920), Анатолием (Потаповым; ум. 1922) и Нектарием (Тихоновым; ум. 1928), не определяемая внешними обстоятельствами типа «приехал-уехал».

Владыка Арсений отмечал: «Кроме уменья лечить души, отец Алексей отличался проникновенной наблюдательностью по отношению ко всей внешней жизни… смело мог говорить вопрошающему о том, нужно или не нужно ему открыть торговлю, обзаводиться семьей, покидать Родину, строить дома.

Отец Алексей был старец городской, приносящий людям нисколько не менее пользы, чем какой-либо пустынник. Он в образе иерея был одним из тех подвижников, о которых пророчествовал святой Антоний Великий, говоря, что придет время, когда иноки, живя среди городов и суеты мирской, будут сами спасаться и других приводить к Богу.

Отец Алексей был тот же оптинский старец, только живущий в Москве, и в этом заключалось величайшее утешение для многих верующих москвичей, серьезно искавших духовного окормления… Глубокое взаимное почитание связывало отца Алексия с настоятелем Оптинского скита игуменом Феодосием» .

Связь Оптиной пустыни и маросейского священства прослеживается в основном через старца Нектария. Не случайно для своей последней исповеди старец вызвал из Москвы в калужское село Холмищи протоиерея Сергия Мечёва (1892-1942), принявшего после кончины отца приход на Маросейке. Именно о нем старец Нектарий как-то сказал: «Это ученый муж, оратор». И в другой раз: «Лучше его (отца Сергия. — А.Г.) не найдешь — он в Москве лучше всех» .

В периоды социальных потрясений именно Церковь и ее верные служители первыми принимали в свои сердца боль людей, объединяли их вокруг себя. Вот что писал в 1905 г. настоятель храма святителя Николая Чудотворца в Плотниках на Старом Арбате протоиерей Иосиф Фудель: «К нам,

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

пастырям Церкви, обращаются наши прихожане с неотступной просьбой указать — где же выход, умоляют принять какие-либо меры умиротворения и спасения. У нас есть собственное оружие, которое всегда при нас и единственно только действенно к господствующему чувству. Это средство — общественная молитва к Господу Любви» .

В смутные времена Церковь остается как последнее пристанище страждущих и алчущих утешения, стремящихся найти опору уже в новой — духовной — семье. Тогда образуются общины и братства верующих, соборно возносящих молитвы Господу. Так произошло и после революции 1917 г.

В 1918 г. со страниц «Церковных ведомостей» прозвучал призыв Патриарха Тихона (Беллавина) к священству: «Не теряйте же времени, собирайте вокруг себя стадо, собирайте их на пастырские беседы. Составляйте из благонамеренных прихожан братства, советы — что найдете полезным по местным условиям». И эти братства «составлялись».

«Дух Маросейки» — то понимание христианства и церковного богослужения, которое заложил святой праведный Алексий и которое пронес через всю свою жизнь священномученик Сергий — на протяжении десятилетий пребывал неизменным даже в бытовых деталях. Так, еще в 1924 г., к годовщине со дня кончины старца Алексия, отец Сергий благословил всем сестрам сшить одинаковые серые платья. В восстановленном Николо-Кленниковском храме за истекшие годы было совершено отпевание нескольких маросейских старушек — духовных чад отца Сергия. Обращало на себя внимание следующее: они приготовили себе «на смерть» серенькие платья. Даже в подобной мелочи проявилась верность Маросейке. И еще немаловажный факт: никто из одиноких членов маросейской общины не закончил свои дни в доме престарелых: всех досмотрели и по-христиански проводили в последний путь.

Ирина Черткова, духовная дочь протоиерея Сергия Мечёва, незадолго до кончины (в 2002 г.) составила синодик «О упокоении отец, братий и сестер Маросейских», включающий в себя 350 имен . Синодик открывается именами иереев, диаконов, иподиаконов, служивших в храме, и продолжается перечислением всех членов общины с указанием фамилий и даже прозвищ (на Маросейке носившим одинаковые имена братьям и сестрам, дабы различать их, давались прозвища — например, Таня Тонкая, Ирина Белая, Ирина Черная и так далее). Ядро общины составляли сестры, имевшие право по благословению отца Сергия носить одинаковые «маросейские» косынки (ок. 160 сестер).

Начиная с 1925 г. протоиерей Сергий ввел порядок, когда все работы в храме выполнялись не за деньги, а по послушанию. Заработную плату получали только сторож и дворник. При храме действовали кружки, в том числе чертежный и иконописный, велись занятия по изучению Библии. Учились

пению. Были кружки художественного вышивания, швейный, столярный, богословский. В кружках люди, как правило, получали специальность, позволявшую найти себе работу в миру. Организовывались пешие паломничества в Николо-Угрешский монастырь к «живому святому» — владыке Макарию (Невский; 1835-1926), пребывавшему там на покое.

После закрытия храма, по свидетельству И.С. и Е.С. Мечёвых, маросей-цы «являлись членами различных приходов, участвовали в их жизни и вместе с тем имели тесную связь друг с другом и никогда не теряли молитвенной связи с отцом Алексием и отцом Сергием» . Духовные чада отца Сергия, «вкупе пребывающие и в рассеянии находящиеся» , смогли сквозь самые тяжкие испытания пронести и передать потомкам «дух Маросейки». Один из старейших «маросейцев» В.В. Быков (ум. в 2004 г.), увидевший возрождение храма, вспоминал, что когда «в результате постоянных арестов в Москве почти не осталось священников», отец Сергий с целью «утолить стремление братьев и сестер маросейской общины к молитвенному общению разделил их на группы по десять-двенадцать человек, поставив во главе каждой наиболее опытных людей, имена которых не разглашались». На собраниях групп читалась и обсуждалась духовная литература, письма отца Сергия из ссылки, совершались богослужения приезжавшими в Москву ссыльными иереями, в частности, и на квартире самого В.В. Быкова .

В августе 2000 г. Архиерейский Собор Русской Православной Церкви в лике праведных прославил старца Алексия, пресвитера Московского, а в великом сонме новомучеников и исповедников Российских XX в. — протоиерея Сергия Мечёвых. 16 июня 2001 г. на Введенском кладбище в Москве были обретены честные мощи старца Алексия и 29 сентября крестным ходом во главе со Святейшим Патриархом Алексием II (Ридигером) перенесены из Новоспасского монастыря в храм святителя Николая в Кленниках. В восстановленном храме есть придел во имя святого праведного Алексия и священ-номученика Сергия.

Выводы

Исследование истории становления общины московского Никольского храма на Маросейке дало возможность раскрыть характерные особенности этого прихода, заключавшиеся прежде всего в его жизнеспособности.

Опираясь на свидетельства монахини Иулиании (Соколовой) и И. С. Ме-чёвой, можно с уверенностью утверждать: поистине беспримерная жизнеспо-

собность Маросейской общины изначально была предопределена тем, что создал и окормлял ее не просто духоносный священник Алексей Мечёв, но именно старец в миру, по духу равный оптинским подвижникам.

Уникальным предстает феномен созданной святым праведным Алексием Мечёвым еще до революции Маросейской общины, сумевшей сохранить молитвенное единение вплоть до 1990-х гг., когда храм святителя Николая в Кленниках возвратили Русской Православной Церкви. Именно потому, что Маросейская община представляла собой не просто приход, а «соборно совершающую богослужение духовную семью», «редчайшую полноту, почти не встречающуюся». Она, в отличие от множества других тогдашних православных общин и братств, не сгинула в своей сокровенной сущности с закрытием храма в 1932 г.

«Монастырь в миру» — вот что в главном удалось осуществить основателям Маросейской общины: этим и была обусловлена ее уникальность.

ПРИМЕЧАНИЯ

Энден М.Н. Отец Алексей Мечёв. Париж, 1970.

Московский приходкой сборник. Вып. 1. Храм Николая чудотворца в Кленниках. Приложение к «Московскому журналу». М., 1991.

Иулиания (Соколова), мон. Жизнеописание Московского старца отца Алексия Мечёва. М., 1992, 1999, 2005, 2011.

«Друг друга тяготы носите.» Жизнь и пастырский подвиг священно мученика Сергия Мечёва. Сост А.Ф. Грушина. В 2 т. М., 2012.

Архив храма святителя Николая в Кленниках. Рукопись.

Московские епархиальные ведомости. 1870. № 11. С. 6-7.

Иулиания (Соколова), мон. Жизнеописание Московского старца. М., 2005. С. 34.

Там же. С. 50.

Там же. С. 51.

Там же.

Московские церковные ведомости. 1907. № 48. 1 декабря.

Арсений (Жадановский), еп. Воспоминания. М., 1995. С. 23.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Павел Флоренский, свящ. Отец Алексий Мечёв. Сочинения. В 4-х тт. М., 1996. Т. 2. С. 38.

Иулиания (Соколова), мон. Жизнеописание Московского старца. С. 73-74.

Архив храма святителя Николая в Кленниках. Рукопись.

Фудель С.И. Воспоминания. В 3 т. М., 2001. Т. 1. С. 16-25; «Друг друга тяготы носите.». С. 442.

Архив храма святителя Николая в Кленниках. Рукопись.

Иулиания (Соколова), мон. Жизнеописание Московского старца. С. 169.

Архив храма святителя Николая в Кленниках. Аудиозапись.

«Друг друга тяготы носите…». С. 443.

Jenden M.N. Otec AleksejMechjov . Paris, 1970.

Moskovskijprihodkoj sbornik . Moscow, 1991, issue 1.

Arhiv hrama svjatitelja Nikolaja v Klennikah. Rukopis’ .

Moskovskie eparhial’nye vedomosti — , 1870, no. 11, pp. 6-7.

Iulianija (Sokolova), mon. Zhizneopisanie Moskovskogo starca otca Aleksija Mechjova, p. 34.

Ibid., p 50.

Ibid., p. 51.

Moskovskie cerkovnye vedomosti — , 1907, December 1.

Arsenij (Zhadanovskij), ep. Vospominanija . Moscow, 1995, p. 23.

Pavel Florenskij, svjashh. Otec Aleksij Mechjov. Sochinenija . Moscow, 1996, vol. 2, p. 38.

Iulianija (Sokolova), monah. Zhizneopisanie Moskovskogo starca otca Aleksija Mechjova, pp. 73-74.

Arhiv hrama svjatitelja Nikolaja v Klennikah. Rukopis’.

Fudel’ S.I. Vospominanija . Moscow, vol. 1, pp. 16-25; «Drug druga tjagoty nosite… «, p. 442.

Arhiv hrama svjatitelja Nikolaja v Klennikah.

Iulianija (Sokolova), monah. Zhizneopisanie Moskovskogo starca otca Aleksija Mechjo-va, p. 169.

Arhiv hrama svjatitelja Nikolaja v Klennikah. Audiozapis’.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

«Drug druga tjagoty nosite.», p. 443.

ROLE OF COMMON VESTRY OF ST. NICHOLAS CHURCH IN MAROSEIKA STREET IN SPIRITUAL LIFE OF MOSCOW IN XXth CENTURY

A.F. Grushina

Moscow journal: History of the Russian State Nikoloyamskaya St., 45-8, Moscow,Russia, 109004

Одна простая женщина по имени Феодора, оставшись с раннего детства сиротой, приехала в Москву, узнала об о. Алексии, пришла к нему в храм и очень привязалась к батюшке:

«Когда я впервые пришла к нему, была очень больная: только что на ногах держалась, три болезни имела. Подошла первый раз на исповедь, а он меня и спрашивает: «Как зовут-то тебя?» — «Батюшка дорогой, Феодорой». – Накрыл меня епитрахилью и все по голове гладит, а голова у меня очень болела. И сам все приговаривает: «Какое имя у тебя хорошее».

– «Батюшка дорогой, я все в монастырь собиралась и все не иду». – «Ну, Феодора, мы с тобой больные, у нас с тобой свой монастырь будет». – Батюшка дорогой, как же мне лечиться?». – «Причащайся чаще». И правда, стала я ходить к батюшке, стала причащаться и стала поправляться.

Все, бывало, у меня внутри тряслось: кто что мне скажет, я переносить не могу. Батюшка мне: «Ну, Феодора, ты нервная». Поссорюсь с кем, иду на исповедь, он мне все мои грехи скажет, да и прибавит:

«Ссориться не надо, не к тому мы с тобой призваны: благовестниками мы должны быть. А судья всем – один Бог».

– «Батюшка дорогой, вот, мол, она мне нехорошее сказала, а ведь я больная». – «Знаю, Феодора, больные мы с тобой, а и больнее нас есть».

Приду к нему: «Батюшка дорогой, у меня никаких добрых дел нет. – А он посмеется: «Какие тебе дела? Живешь трудом. Это тебе смущение: во ты не терпишь, поэтому люди и восстают против тебя. А ты терпи и молчи».

Некто Михаил Данилович, человек большого ума, в поисках духовного пути решил обратиться к о. Павлу Флоренскому. А тот возьми, да и скажи, что ответить на все его вопросы может о. Алексий Мечев.

Михаил Данилович пошел искать, размышляя: «Каков же это должен быть старец, на которого указал сам о. Флоренский». В доме о. Алексия Михаила Даниловича проводили в столовую и попросили подождать. На столе стояла банка варенья с надписью «Дорогому батюшке».

У Михаила Даниловича пробежала нехорошая мысль: «Однако попик неплохо живет, вареньем балуется, это в голодное-то время. Такой, значит, как все», и разом доверие Михаила Даниловича к еще не увиденному батюшке пропало.

Вдруг в комнату вошел о. Алексий: «Так, не стоит, значит, старичку доверять, потому что он варенье ест», — с благостной улыбкой сказал о. Алексий. – «И тут все мои сомнения будто кто-то взял и выкинул в окно», — рассказывал потом Михаил Данилович, который сделался преданным духовным сыном батюшки.

Незадолго до знакомства с о. Алексием у Михаила Даниловича умерла жена. И он часто размышлял и сомневался:

да есть ли в самом деле загробная жизнь?

И спросил об этом о. Алексия, который уже тяжело болел перед смертью. Батюшка ответил:

«Подожди, вот я скоро умру… 40 дней мне, конечно, будет не до того… А потом я о тебе поговорю с твоей Марусей».

От таких слов реальность загробной жизни с такой силой подошла к сомневающемуся, что у него по спине пробежали мурашки.

По материалам книги: Жизнеописание московского старца отца Алексия Мечева. Сост. Монахиня Иулиания (Соколова). М., 2005.

22.06.2016 / Серафим ЧУРАКОВ https://www.miloserdie.ru/

«Отчего все святые апостолы, все до единого приняли мученический венец, погибли на крестах, были усечены мечом, а апостол Иоанн Богослов дожил до глубокой старости и мирно скончался? — спросил как-то батюшка Алексий, — оттого, что у апостола Иоанна была такая безпримерная, великая, неодолимая христианская любовь, что ее силе и мучители покорялись, и гонителей обезоруживала она, их злобу она загасила и превратила в любовь». У о.Алексия была именно такая любовь к ближним, и все его наставления, проповеди и слова — о любви. Он был богат этой милующей любовью, и каждому приходящему казалось, что именно его о.Алексий любит больше всех.

Отец Алексей предлагал самое простое

Интерьер храма Свт.Николая в Кленниках. Фото с сайта providenie.narod.ru

Отец Алексий наставлял приходящих к нему не думать о судьбах мира, не бежать «спасать Россию». Он призывал заниматься устроением своей души.

Стяжи мир, очисти душу от страстей, и Господь устроит твой жизненный путь. В любой эпохе, в любой стране, с любым окружением, при любых условиях.

Батюшка учил людей так называемому «малому доброделанию», предлагая не великие подвиги, а самое простое: не злословь своих близких, сдержи резкое слово.

Будь верен в малом, и постепенно это малое станет великим. Изменяй себя, и через это изменение произойдет облегчение жизни ближнего — ведь если ты борешься со своими страстями, тем, кто рядом с тобою, легче жить.

Отцу Алексию были близки слова Святейшего Патриарха Тихона: «Русский человек хорошо умеет умирать. Нужно научить его, как жить».

И отец Алексий учил, как жить в то время и в тех обстоятельствах, которые посылает Бог. Он понимал, что идет время испытаний, и учил не прятаться от них.

Церковь Николая Чудотворца в Кленниках в XVII веке называли Никола в Блинниках. Вероятно, здесь жили пекари, славившиеся приготовлением блинов.

В XVIII столетии слово «блинники» трансформировалось в «кленники». Но исследователи утверждают, что никаких кленов у ворот Китай-города тогда не росло, и это название было связано с обретением иконы св. Николая в подмосковной деревне Кленники. Но это лишь версии.

На Маросейке и сейчас есть зажатая меж высоких домов церковка Николая Чудотворца. Церковка очень давней стройки: когда-то, когда вместо кирпича домов вокруг нее росли клены, называлась Никола в Кленниках; но клены срубили (1504) и стали строить по соседству оружейные мастерские для изготовления и прокалки клинков, тогда церковь стала называться Никола в Клинниках; и наконец, когда на месте разрушенных оружейных построили блинное заведение, Никола, чуть шевельнув буквами, стал называть себя Никола в Блинниках. Так имя, крепко сцепив буквы, сквозь пять веков проносит свой корень, не отдавая ритма (кленники — клинники — блинники) и меняя звук лишь у краезвучья.

В 1468 году Иван III построил на этом месте «обетную» деревянную церковь Симеона Дивногорца в благодарность за то, что пожар из Белого города не тронул Китай-город и Кремль. Каменный храм Николая Чудотворца в Кленниках возвели на ее месте в 1657 году.

Эта маленькая московская церковь до начала XX века не была популярна у прихожан. Но перед революцией у нее была уже достаточно большая община.

В советское время храм Николая Чудотворца в Кленниках закрыли, а его здание превратили в подсобное помещение дома №3, где располагался ЦК ВЛКСМ. Он поместил в здании церкви бухгалтерию. В алтарной части устроили кассы, а в четверике на уровне высоких окон появился еще один этаж. Убранство и росписи стен церкви были уничтожены. Исключением стала лишь роспись недоступно высокого потолка четверика Казанского придела. В 1990 году храм вернули Церкви, и сейчас он действует.

Прихожан церкви Николая Чудотворца в Кленниках удивляет необычный престол, освященный в честь Алексия, старца Московского, и священномученика Сергия.

Что есть что в церкви

Алексей Мечев был настоятелем этого храма с 1892 по 1923 год, а незадолго до смерти передал руководство приходом сыну Сергею. После закрытия храма в Кленниках Сергея Мечева арестовали и расстреляли.

Как же Алексей Мечев стал московским святым? Он пришел в храм Николая Чудотворца в Кленниках в тяжелое время: ходить в церковь было не модно, и в течение 8 лет батюшка ежедневно служил литургию при пустом храме. В 1902 году после длительной болезни умерла жена отца Алексея, и после этого он посвятил себя служению людям.

Он открыл в своей квартире церковную школу для бедных детей, читал проповеди на Хитровке, вел работу в Обществе народного чтения, где читал для неграмотных в тюрьмах и столовых. Постепенно в церковь Николы в Блинниках потянулись люди. После молитвы «московского батюшки» многие буквально чувствовали, как гора уходила с плеч, а больные получали физическое исцеление. Кроме того у отца Алексея открылся дар прозорливости. Например, он точно мог сказать, жив или мертв пропавший без вести человек, и никогда не ошибался.

В 2000 году Алексея и Сергея Мечевых причислили к лику святых. А в сентябре 2001 обрели мощи «московского батюшки». Их перенесли в храм Николая Чудотворца на Маросейке. Так церковь Николы в Блинниках получила собственного святого.

Говорят, что… …в декабре 1905 года в церковь ворвалась толпа озлобленных революционеров-дружинников. Отец Алексей Мечев произнес:
— Как приятно видеть в храме столько молодежи! Вы пришли помянуть своих родителей?
Обескураженные революционеры тихо отстояли до конца службы и, потупив взоры, разошлись.
…один москвич в 1913 году высчитал, сколько блинов съедает Москва. Исходя из цифры населения в полтора миллиона и предполагая, что в среднем каждый москвич в течение 4 дней Масленицы съедает по 5 блинов ежедневно, он определил, что всего Москва съела 30 миллионов блинов. Если это количество разложить по площади, то блины покрыли бы 6 Красных площадей. Уложенные в одну линию блины растянулись бы на 4 тысячи верст, а сложенные в стопку составили бы колонну в 100 верст высотой.

А что вы знаете о церкви Николая Чудотворца в Кленниках или в Блинниках?

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *