Коновалов Александр

Рубрику ведет Ольга Ципенюк

Про корни

Медицинская линия в нашей семье, по сути, начинается с деда, маминого отца. Он был главным врачом и главным хирургом 4-й Сокольнической больницы, сам ее строил. Как у всех приличных семей, у нас был сундук, кованный жестью, и, когда однажды мать его открыла, я поразился: там были похоронные ленты деда — почти до верха. То есть дед был настолько популярен, что буквально весь район его провожал в последний путь.

Отец мой учился в Петропавловской гимназии, «Петер-Пауль-Шуле». Преподавание там велось, естественно, на немецком языке, который он знал в совершенстве, а в какой-то период даже лучше, чем русский. Латынь, древнегреческий — тоже в совершенстве. Французским, испанским, итальянским, английским владел свободно, но это для работы, а древнегреческим, латынью и немецким пользовался абсолютно без какой-либо поддержки.

Мама сначала была хирургом, ассистировала своему отцу. А когда мы с братом родились, стала инфекционистом, чтобы с нами больше времени проводить. Она была невероятно интересная, красивая по-настоящему. Художник Верхотуров, ученик Репина, нарисовал ее портрет, совершенно потрясающий. Видно, у него какое-то особое было к ней отношение. Там дело даже не в красоте, а в том, что он поймал какую-то ее удивительную доброту и мягкость… Это маму всю жизнь и отличало, из-за этого она и страдала больше всего. Природа человека такова, что чем больше он проявляет внимания к другим, тем сильнее это вызывает реакцию отторжения. Когда я стал взрослым, то понял, что самое ценное в человеке — доброта, которая и была в моей матери. Трудно сказать, передалось мне это или нет. Я иногда делаю над собой усилие, чтобы в чем-то походить на нее… не всегда удается.

Про детство

Нас было трое детей поначалу, младший брат умер совсем маленьким, ему было около года, от туберкулезного менингита. Сохранился уникальный фотоальбом — отец снимал его буквально по часам. Видно было, как появлялись и нарастали симптомы: как ребенок слабел, как менялось выражение его лица…

Отец в детстве мне казался суровым, даже избыточно. Но вот уже столько лет прошло, как его нет, а я все больше убеждаюсь, что он во всем был прав. Мне всегда хотелось походить на отца, подражать. Он был человеком исключительно организованным и требовательным, прежде всего к себе. Не всегда это ему легко давалось, но он говорил: «Надо жить так, чтобы ни дня без строчки». Мы с детства — и я, и брат — любили рисовать, и отец это всячески поощрял. Показывал удивительные книги, у нас была великолепная коллекция старых мастеров, подсказывал сюжеты. Приучил нас к чтению, сам нам много читал. Основные деньги, которые отец заработал, ушли на книги. И каждую он знал, как говорится, в лицо. Мы безумно переживали, когда к нам приходили приятели, копались в книжных шкафах и после этого могли не на то место книжку поставить. Отец возвращался с работы и первым делом смотрел на шкафы: «Кто-то здесь рылся». Тем не менее очень интересные книги из дома исчезали. Пропал совершенно потрясающий альбом неприличных рисунков Эйзенштейна — они с отцом вместе учились и были друзьями в молодые годы. Сейчас это невероятная редкость, ну а кто-то — я догадываюсь, кто — потихонечку увел…

Про учение

Учился я без особого труда и никогда не задумывался, кем быть. Но родителей окружали в основном медики. Мы с братом спали в кабинете отца, а в соседней комнате он с друзьями обсуждал медицинские проблемы. Из этих разговоров я на всю жизнь запомнил массу интереснейших названий, симптомов редких заболеваний — они как-то гипнотизировали. И, конечно, я поступил в медицинский. Ходил в кружок неврологии, ходил на разборы отца в неврологический институт. Разборы проходили так: выбирались самые сложные случаи, врач докладывал, потом отец сам осматривал больного. Дальше шло обсуждение, и в конце отец раскладывал все по полочкам. Здесь проявлялась его потрясающая эрудиция, умение подмечать и выстраивать логическую последовательность, связывать все симптомы. Это была невероятная школа, каждый разбор — как детективная история. Я решил, что буду неврологом, но не тут-то было. В институт к отцу я пойти работать не мог — тогда семейственность всячески не поощрялась. И он отвел меня к Борису Григорьевичу Егорову, директору института нейрохирургии. Тот мне все показал и в конце говорит: «А здесь сделаем теннисный корт». Это определило мою судьбу: я представил, как будет здорово — поработаешь, потом в теннис поиграешь…

Про дружбу

Мой ближайший друг — мы с ним учились в школе — давно умер. Не могу сказать, что именно заставляло нас дружить, наверное, разность характеров. Тем не менее он был самым близким. Есть несколько человек, с которыми я учился в институте, мы связаны многие десятилетия, но их мало. Со временем необходимость в дружбе, видимо, атрофируется, исчезает… слишком много других проблем. Те, кто были рядом с детства, из молодости, ушли, а новые почти не появляются. Это нормально.

Про любовь

Мне вообще не очень хочется говорить о любви. Наверное, я человек неподходящий для таких чувств, слишком рациональный и взвешенный. А если уж говорить, то необязательно добираться до истоков, все-таки это должно оставаться глубоко личным делом. Так случилось, что мы с женой знакомились дважды. Сначала случайно, на юге, и это не имело никаких последствий. Повторно встретились через пару лет, и получилось так, что стали жить вместе. Инны уже давно нет, а я понимаю, что это для меня был, наверное, лучший выбор, хотя мы были абсолютно разными. Инна серьезно дополняла меня, меняла мое существование, как я думаю теперь, в лучшую сторону. Она была человек открытый, ее интересовала светская жизнь, развлечения, что мне было, в общем-то, несвойственно. Но она принимала решения и находила аргументы, чтобы я с этим решениями соглашался. И была права — это оказывалось мне нужно. Видите ли, семейная жизнь — сложная конструкция. И пытаться что-то ломать, когда все состоялось, когда устоялись принципы,— будет только хуже. В моей жизни всегда главное место занимала работа, и Инна с огромным пониманием относилась к тому, что я делаю. А что касается наших отношений — приведу пример, который, мне кажется, многое определяет. 10 лет назад мне исполнялось 70. Для меня это было… ну, неважно совсем. Я просто не знал, как вывернуться, как избежать всего этого. А супруга, наоборот, очень серьезно относилась — готовилась, ей было интересно по-настоящему. И накануне юбилея, буквально за несколько дней до него, случилось несчастье — у нее произошла тромбоэмболия легочной артерии. Она тяжело болела… рак. Ее много раз оперировали, химиотерапия и так далее. В общем, она едва держалась. И вдруг — тромбоэмболия. Это смертельное заболевание. Она лежала в Институте онкологии, в реанимации, ее, разумеется, не отпускали. А она сбежала. Нашла в себе силы, организовала мой юбилей, блестяще его провела. Я ничего не делал, все Инна… Это был настоящий жизненный подвиг. Что ею руководило? Думаю, именно то, что нас связывало на протяжении очень многих лет…

Про успех

Не знаю, успешен я или нет. Конечно, то, что есть ордена, награды — это как-то добавляет уверенности, некоторой свободы, может быть, в поведении с другими. Но претензий к себе у меня больше, чем можно было бы думать. Мне кажется, все эти награды отчасти случайны, не в достаточной степени заслужены. Я делаю свою работу… ну, как многие другие, которые всю жизнь делают свое дело. И мое дело ничем особым не отличается, никакого героизма, никакой особой сложности в этом нет. К себе я отношусь строже, чем к другим, это нельзя изменить, да я и не хочу. Просто всегда есть то, чего я не успел и времени уже не хватит.

Про свободу

Я, конечно, несвободный человек. К сожалению, это общая беда. Она идет от нашего воспитания и от нашего прошлого. Меня многое сковывает — какие-то условности, обязательства, навязанные социальной жизнью, государством и так далее. Все время борьба — с собой и с условиями, которые надо преодолевать. У всех это по-разному происходит — кто-то выходит на митинги, кто-то нет. У каждого свои резоны: для одних это политика, других не устраивает, например, что ЖКХ не работает. Да, на это нужно обращать внимание, это крайне важно. Но есть и другие вещи — например, то, как сейчас разваливают Академию наук. Это часть общей тенденции, часть российского вообще характера и образа жизни — сначала развалить, а потом подумать, к чему это приведет. Разрушить до основания, как поется, а затем… И протестовать очень трудно, потому что условия игры крайне несправедливые. Приняты все решения, уже два чтения состоялось, причем никто не заметил, как это все произошло. Я дважды писал какие-то соображения: одно довольно подробное, другое — уже в ответ на эти замечания, на решения, которые приняты Думой. И вот ты понимаешь абсурдность ситуации, но должен действовать по каким-то другими установленным правилам и не можешь вырваться из этого круга. Вот это — ограничение свободы.

Про главное

Знаете, главное в личной и главное в профессиональной жизни у меня не объединяются. Главное в профессии — это приходящее с каждым годом все большее понимание значимости человеческой жизни, ответственности перед ней. Молодым легче — у них этого чувства нет, им проще рисковать. А с возрастом начинаешь понимать, что это недопустимо. Иногда, в том числе и благодаря новым, невероятным диагностическим и хирургическим возможностям, возникает вот это «почему не попробовать?». Вдруг получится, вдруг человек приговорен, а мы его спасем? И определить эту грань допустимого — самое сложное: она все время подвижна и во многом зависит от возраста. Если же говорить о личном… Главное, наверное, заключается в том же самом — мне не приходится собой рисковать. Я в основном рискую чужой жизнью. А от природы человек заботится о себе больше, чем о других. Поэтому я и должен относиться к этому по-особому. И именно поэтому мне объединить профессиональное и личное — невозможно.

Про Бога

Я неверующий. Почему обязательно надо во что-то верить? Человек живет по каким-то принципам. Если жизнь показывает, что твои принципы чего-то стоят,— достаточно, это и есть то, что выше нас. Вообще, на эти вопросы, наверное, лучше не отвечать, иначе запутаешься. Вот торжество добра — ну как в это можно верить? Я понимаю, что к этому надо стремиться и человек должен стараться что-то для этого делать, но, к большому сожалению, так не происходит. Есть только одна данность — требовательность к себе. Это единственный путь, чтобы совесть была чиста.

Про деньги

Я вообще не люблю тратить деньги. И они меня раздражают, потому что о них надо думать. Сейчас вдруг всех стали выворачивать наизнанку: какие у тебя доходы, сколько ты имеешь и так далее. И я впервые проверил какие-то сбережения. Деньги у меня, конечно, есть. Вот, помню, была эта… государственная премия, так я ее отложил в сторону. Потому что неизвестно, чем жизнь кончится,— сегодня вроде бы все благополучно, а завтра придется лечиться, и в один день все эти деньги уйдут. Никакие траты мне удовольствия не доставляют. Ну, в магазин хожу. Что покупаю? Только… только еду. Понимаете, наступает момент, когда больше буквально ничего не нужно. Наоборот, если я вдруг какую-то вещь куплю — потом долго успокоиться не могу. Упрекаю себя, что у меня еще полно старых, а я новую приобрел… Ну, ботинки или там куртку — для чего? И если бы на меня свалились огромные деньги — наверное, отказался бы. Я, честно говоря, не представляю, как живут люди, у которых миллионы, миллиарды. От такого с ума сойти можно — это же все время надо перекладывать из одного кармана в другой и думать, что получится.

Про страх

Я боюсь предательства со своей собственной стороны, вот. Трудно в наших условиях быть честным и порядочным именно по отношению к себе… Не всегда удается. Главный это мой страх, или не главный, но думаю, что это очень важно.

Про детей

Наверное, воспитатель я плохой. Знаю, сколько другие люди отдают энергии, души, знаний для того, чтобы действительно помогать своим детям становиться на ноги, я этого по-настоящему не делал. У меня никогда не хватало времени толком заниматься сыном, думать о том, как его развивать и так далее. Наверное, по-другому я и не поступил бы, поэтому нет смысла о чем-то жалеть. При этом Николай полностью оправдывает мои ожидания, особенно в последнее время. Он из тех людей, которые постоянно совершенствуются. Очень современный, абсолютно спокойно обращается с любой техникой, со всем этим современным образом жизни. Вот для меня, например, поехать куда-нибудь за границу, даже не то что за границу, а хотя бы здесь как-то изменить условия быта, это барьер, трудность невероятная. А он совершенно раскрепощенный в этом отношении человек. Наверное, такой, какими люди должны быть сегодня, у них не должно быть ограничений. Жалею, что сам я не такой. Знаю, что другим не смог бы стать, но все равно жалею.

Три слова о себе

Я обычный человек: кому-то, наверное, нравлюсь, кому-то нет… Обо мне чаще всего говорят хорошо, и это меня раздражает — я самоед, мне кажется, что во всех этих похвалах есть элемент несоответствия. Вот мой отец — пример, эталон, к которому я всю жизнь тянулся и тянусь до сих пор. По сей день я хотел бы подражать каким-то качествам его характера, но некоторые из них мне абсолютно недоступны. Вообще не знаю, кто может быть полностью доволен тем, что он делает и как существует. Если есть такие — я за них рад.

Коновалов Александр Николаевич

Официально

Директор НИИ нейрохирургии им. Н.Н. Бурденко. Родился 12 декабря 1933 года в Москве. В 1957 году окончил 1-й Московский медицинский институт им. И.М. Сеченова. С того времени Александр Коновалов работает в НИИ нейрохирургии им. Бурденко, в 1967-м назначен замдиректора по научной работе, а с 1975-го руководит институтом. За годы врачебной практики он прооперировал около 10 тысяч пациентов.

В 1971 году Коновалов защитил докторскую диссертацию. Направления его научной деятельности включают нейрохирургию, неврологию, клиническую физиологию нервной системы. С 1982 года — академик Академии медицинских наук, с 2000-го — академик РАН. Он возглавляет Ассоциацию нейрохирургов России. Заведует кафедрой детской нейрохирургии Российской медицинской академии последипломного образования.

Александр Коновалов — лауреат Государственной премии СССР, дважды лауреат Государственной премии РФ, заслуженный деятель науки РФ, лауреат ряда профессиональных премий (среди них — им. академика Николая Бурденко, им. Святослава Федорова, «Профессия — жизнь»), обладатель медали им. Герберта Оливекроны. Он награжден орденом Трудового Красного Знамени, орденом Дружбы народов, орденом «За заслуги перед Отечеством» II степени. В 2013-м Александру Коновалову присвоено звание Героя труда РФ.

Имеет сына.

За и против

ЗА

Александр Коновалов — это уникальное явление в нейрохирургии мирового масштаба, он входит в десятку лучших врачей-нейрохирургов мира. Как-то в Лионе в крупнейшем нейрохирургическом госпитале Франции я попал на операцию по поводу огромной краниофарингиомы у четырехлетнего мальчика. Опытный нейрохирург, маясь с выделением опухоли, в сердцах сказал мне: «Сюда бы вашего Коновалова». Это и есть мировое признание.

Леонид Лихтерман, главный научный сотрудник НИИ нейрохирургии им. Н.Н. Бурденко

ПРОТИВ

Тяжелобольные дети столкнулись с нехваткой квот… Особенно острая ситуация сложилась в НИИ нейрохирургии им. Бурденко… Этот институт является в каком-то смысле монополистом в лечении опухолей головы. И поэтому квоты в этот институт быстро закончились. При этом без пациентов он простаивать не будет. Есть молдаване, украинцы, которые приезжают туда с живыми деньгами. Есть люди, которые могут самостоятельно оплатить себе дорогостоящее лечение. А у наших подопечных из регионов заплатить за операцию 150 тысяч рублей возможности нет.

Екатерина Чистякова, директор благотворительного фонда «Подари жизнь», август 2011 года

Почетный заведующий кафедрой, профессор кафедры детской нейрохирургии РМАНПО, доктор медицинских наук, академик РАН Александр Николаевич Коновалов стал первым россиянином-лауреатом престижной премии Нейрохирургического Общества Уолтера Э. Дэнди. В рамках этой премии нейрохирурги всего мира ежегодно выбирают лучшего по профессии. И вот в 2019 году профессиональное сообщество путем голосования признало лучшим российского академика. Вручали премию 7 сентября 2019 года в Непале, на очередной ежегодной научной конференции.

Отметим, Александр Николаевич Коновалов в 1964 году защитил диссертацию на тему «Клиника и диагностика аневризм артерий головного мозга», в 1970 году — диссертацию доктора медицинских наук на тему «Хирургическое лечение артериальных аневризм головного мозга». В 1973 году стал профессором, спустя год был избран членом-корреспондентом, а в 1982 — академиком АМН СССР. С 2000 года он является академиком РАН. В Научно-исследовательском институте нейрохирургии имени академика Н.Н. Бурденко (ныне — Национальный медицинский исследовательский центр, НМИЦ, нейрохирургии имени академика Н.Н. Бурденко) Коновалов работает с 1957 года. С 1975 по 2014 год возглавлял институт, а в настоящее время – его научный руководитель и почетный президент. Кроме того, он заведовал кафедрой детской нейрохирургии педиатрического факультета РМАНПО, где продолжает работать и сегодня, является профессором Российского национального исследовательского медицинского университета имени Н.И. Пирогова, президентом Ассоциации нейрохирургов России, а также почетным президентом Всемирной федерации нейрохирургических обществ.

Основные направления научной деятельности ученого — нейрохирургия, неврология, клиническая физиология нервной системы. Александр Николаевич Коновалов научно обосновал, развил и внедрил в практику новое направление медицины — микронейрохирургию. Первым в стране начал делать операции на мозге под микроскопом. Впервые провел уникальную операцию по разделению сиамских близнецов. Прооперировал более 15 тысяч пациентов со сложными патологиями.

Коллектив Академии от всей души поздравляет Александра Николаевича Коновалова с заслуженным званием!

Специализация

Один из ведущих специалистов-онкологов онкологического центра София – это Коновалов Николай Александрович. Характеризуется как талантливый нейрохирург, специализирующийся на оперативном лечении опухолей спинного мозга, а также периферических нервов.

Если перечислять все регалии доктора Коновалова, то получится целый список: Николай Александрович является членом-корреспондентом РАН, имеет звание доктора медицинских наук, профессор Российской медицинской академии последипломного образования, занимает должность заведующего отделением спинальной нейрохирургии научно-исследовательского центра нейрохирургии им. ак. Н.Н. Бурденко, является заместителем председателя правления и ученым секретарем Национальной ассоциации хирургов-вертебрологов России. Также имеет членство в правлении Национальной ассоциации нейрохирургов России, член спинального комитета Всемирной федерации нейрохирургических обществ, член образовательного комитета Европейской ассоциации нейрохирургов, лауреат премии Правительства РФ.

За все время работы накопил колоссальный опыт в проведении сложных нейрохирургических вмешательств, выполнив при этом более трех с половиной тысяч подобных операций. Занимается лечением пациентов с выраженным болевым синдромом, который вызван патологией нервных корешков, спинного мозга и позвоночника. Также занимается оперативным лечением при дегенеративных заболеваниях межпозвонковых дисков, спинальных стенозах, спондилолистезе, фасеточном синдроме, при деформациях позвоночника.

К нему обращаются пациенты с опухолями спинного мозга и позвонков, с травмами позвоночника и спинного мозга. Доктор Коновалов в совершенстве владеет современными малоинвазивными методами лечения вертеброгенного болевого синдрома (например, радиочастотной абляцией), выполняет эндоскопические микрохирургические вмешательства с целью декомпрессии нервов, удаление грыж межпозвонковых дисков. Имеет огромный опыт в проведении стабилизирующих вмешательств на позвоночнике, а также операций при деформациях позвоночника.

Николай Александрович Коновалов в 1994 году окончил Московскую Медицинскую Академию им. Сеченова. Трудовой стаж начал в качестве ординатора в НИИ нейрохирургии им. ак. Н.Н. Бурденко.

За период своей работы неоднократно проходи повышение квалификации и стажировки в США:

  • Колумбийский университет (Нью-Йорк, США)
  • Университет Южной Калифорнии (Лос-Анджелес, США)
  • Калифорнийский университет (Лос-Анджелес, США)
  • Прошел четырехгодичные курсы Европейской Ассоциации Нейрохирургов
  • Прошел курсы Всемирной Ассоциации Нейрохирургов.

В 1999 году стал кандидатов наук, защитив диссертацию по теме «Прогнозирование микрохирургического лечения грыж дисков на пояснично-крестцовом уровне», а в 2011 году уже защитил докторскую диссертацию по теме «Новые технологии и алгоритмы диагностики и хирургического лечения дегенеративных заболеваний поясничного отдела позвоночника».

Подл руководством доктора Коновалова в России были разработаны направления малоинвазивных вмешательств с применением эндоскопических техник, интраоперационной томографии, роботизрованной навигации в ходе сложнейших нейрохирургических операций.

Активно занимается научной деятельностью. Написал более двух сотен научных работ, автор 5 монографий, а также 9 глав в книгах по нейрохирургии.

Регулярно участвует в отечественных и международных конгрессах и конфернциях:

  • Европейской ассоциации нейрохирургов
  • Всемирной федерации нейрохирургов
  • Euro Spine (Spine Society of Europe)
  • World Spine
  • Североамериканской спинальной ассоциации
  • Ассоциации хирургов-вертебрологов
  • Ассоциации нейрохирургов России.

Николай Александрович Коновалов пользуется неоспоримым авторитетом среди коллег во всем мире. Это гениальный нейрохирург, талантливый онколог, который помогает тысячам пациентам ежегодно. На сегодня он считается одним из ведущих специалистов в нейрохирургии, в том числе в онкологической нейрохирургии не только в онкологическом центре София, но и среди других онкологических клиник нашей страны.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *