Мельница и крест 2011

Питер Брейгель Старший.Путь на Голгофу (Крестный путь Христа). 1564 .Доска, масло. 124 ; 170 см.Музей истории искусств, Вена
Это трогательная картина с религиозным сюжетом о долгом пути Иисуса к его окончательной смерти.Эта роспись маслом на дубе была крупнейшим известным произведением искусства Брейгеля Старшего, вторая по величине известная картина Брейгеля, одна из его шестнадцати картин, которые перечислены в инвентаре богатого коллекционера из Антверпена Никласа Йонгхелинка , составленного в 1566 году.
Картина Брейгеля «Несение креста» (другое название «Шествие на Голгофу») посвящена тем евангельским главам, где Христос сам несёт тяжелый деревянный крест, на котором будет распят, на Голгофу. Этот традиционный евангельский сюжет трактуется как огромная массовая сцена с участием множества любопытных – солдат, мальчишек, крестьян и прочих обывателей.
Для Брейгеля композиция нетрадиционна. Возможно потому, что рассматривая такое торжественное религиозное событие, он принял хорошо известную схему, использованную ранее монографистом Брансуика и современником Брейгеля из Антверпена, Питером Аертсеном.
Когда человек впервые смотрит на картину, он не знает, на чем в первую очередь сосредоточиться. Это композиция, изображающая Христа, несущего крест, в виде полукруглой процессии случайных сцен на фоне широкого пейзажа, окруженного крошечными и оживленными фигурами.
Наши глаза устремляются от сцены к сцене этой многогранной картины. Как будто картина приглашает нас посмотреть везде и не позволить нашим глазам останавливаться в одном конкретном месте. Это в некотором роде хаотическая сцена, которая очень сбивает с толку. Это типично для многих картин Брейгеля, которые обычно наполнены всевозможными персонажами.
Вокруг расположено множество крошечных фигур, каждая из которых просто необходима. Мы загипнотизированы, пытаясь увидеть, что делает каждый из сотен персонажей данной композиции.
Когда мы смотрим на скопления людей, мы втягиваемся в него и становимся частью толпы. Некоторые спорят, некоторые борются.Когда мы присмотримся,то задаемся вопросом, о чем все это? Наш разум находится в водовороте со всей этой сверхактивностьюэ
ТАК ЧТО ЖЕ МЫ ВИДИМ?
На переднем плане выделяются своими размерами печальные друзья Христа, стоящие на небольшой скалистой скале и намеренно отодвинутые Брейгелем от полчищ внизу. Эти четыре фигуры, Дева Мария, Иоанн Ученик и две святые женщины, больше по размеру, чем остальные, и они неподвижно сидят и растеряны над хаотическими событиями внизу.
Они поражены тем, что происходит за ними. Святой Иоанн приблизился к Марии и наклонился над ней .Лицо Марии бледное, и кажется, что она вот-вот упадёт.
Интересно отметить, что эти два персонажа и персонажи святых женщин одеты в одежду, которую носили во время распятия, в то время как остальные фигуры, за исключением самого Христа, одеты во фламандские одежды времен Брейгеля.
Дальше наше внимание обращается на белого коня и всадника в центре картины, и затем мы видим за ними фигуру Иисуса, который упал под тяжестью креста и стоит на одном колене, пытаясь вновь подняться. Он одет в синее, но нам по какой-то причине было трудно выделить его среди других персонажей.
Итак, в первый момент мы не фиксируем взглядом Христа, но видим рассеянные по широкой долине толпы людей. Пешие в черных, коричневых и серых одеждах выглядят как современные Брейгелю нидерландские мещане и крестьяне.
В то же время, найти на картине Христа можно очень быстро: именно над фигурой Христа небо светлеет (справа от него вплоть до места казни небо темное, а слева от его фигуры — светлое). Движение толпы сопровождается конными стражниками в красных одеждах, которые, как капли крови, отметили весь крестный путь. Место казни окружено плотным кольцом людей.
Композиционно Брейгель подчеркивает, выделяет и место казни, и фигуру Христа, несущего крест, еще одним способом. Параллельно кресту высоко в светлом небе видны крылья ветряной мельницы (символ жизни), образующие такой же крест.
А параллельно месту казни, окруженному кольцом людей, в темном небе виднеется еще одно «кольцо» — шест для колесования (символ смерти).Жертву, подозреваемую в проповеди протестантской доктрины, сначала жестоко избивали, а затем привязывали к колесу, поднимали на столб и так оставляли умирать. Обрывки одежды и ворон-падальщик, изображенные Брейгелем, показывают, что кровавая жертва была принесена совсем недавно.
Такая трактовка христианского сюжета позволяет художнику дать возможность своим героям самостоятельно решить извечную проблему нравственного выбора. Поэтому никто из людей, окружающих несущего свой крест Христа, не догадывается, что перед ними — Спаситель.
От толпы отделена группа людей, близких Христу. С большой достоверностью передает художник их муки и страдания, которые кажутся еще более трагичными на фоне праздно снующей человеческой толпы, равнодушной к чужому горю.
Публичные казни были знакомой чертой жизни 16-го века, особенно в беспокойной Фландрии. Здесь Брейгель показывает двух воров, которых должны повесить по обе стороны от Христа, и они были доставлены к месту казни.
Здесь Брейгель демонстрирует абсолютное равнодушие толпы к страданиям осужденных людей. В другом месте на картине он показывает воров.Люди часто не обращали внимания на то, что происходило вокруг них, и были легкой добычей для карманников. Примечательно, что Брейгель не делает различий между двумя ворами, одного из которых Христос должен был благословить.
Оба делают свои последние признания священникам в капюшонах рядом с ними. Воры, их исповедники и зрители, которые окружают телегу, все в современной одежде. Во времена Брейгеля публичные казни были очень популярны, когда проходили фестивали или карнавалы.
Если мы посмотрим на верхний правый угол картины, мы увидим гору Голгофу и два креста, уже возведенные для распятия двух воров. Между ними мы видим людей, роющих яму, в которую должен быть помещен третий крест, на котором будет распят Христос. Одни идут, другие едут верхом к этому месту, чтобы лучше всё рассмотреть. Путь проходит через пейзаж, усеянный виселицами, на которых все еще висят трупы и колеса, к которым цепляются куски ткани и остатки изувеченных тел, ещё не съеденных воронами.
Небо слева синее и спокойное, в то время как небо над Голгофой темное и предгрозовое, а пейзаж Брейгеля заставляет нас сосредоточиться на обнаженной скале, на вершине которой размещена ветряная мельница. Искусствоведы расходятся во мнении о значении ветряной мельницы на скале. Тем не менее, обнаженные скалы характеризуют ландшафтную традицию Антверпенской школы, основанной Иоахимом Патенье.
Конники в красных туниках – это ненавистные всему населению Нидерландов испанские завоеватели. Они пришли на землю Фландрии, чтобы огнем и мечом вытравить проникший в страну протестантизм и именем испанского короля заново насадить католичество.
За исключением самого Христа, фигуры в процессии носят современную одежду, и не может быть никаких сомнений в том, что Брейгель имел в виду, что всё это происходит во времена,когда он жил.
Произведения Брейгеля из коллекции Йонгелинка перешли во владение городских властей Антверпена в год составления списка. В 1604 году работа упоминается в составе пражской коллекции императора Священной Римской империи Рудольфа II, откуда она была перевезена в Вену. С 1809 по 1815 год работа в составе других военных трофеев, реквизированных Наполеоном Бонапартом, находилась в Париже.
«Несение креста» Брейгеля настолько впечатляюще и загадочно, что в 2011 году интерпретации одной только этой картины кинематографисты посвятили полнометражный художественный фильм «Мельница и крест». Роль художника исполнил в нём Рутгер Хауэр. Разумеется, истолковывая то, что изображено, авторам фильма удалось многое рассказать и о Фландрии, и о самом Брейгеле, и о времени, в которое он жил.

лечение пленки

Майкл Фрэнсис Гибсон написал художественно-историческая книга под названием The Mill и крест, который послужил основой для 2011 фильм Мельница и крест , режиссер Лех Маевский . Фильм устанавливает в их исторический контекст во Фландрии шестнадцатого века персонажей в картине и обстоятельство создания окрасочного в. Пленки звезда Рутгер Хауэр , как Брейгель и Майкл Йорк в качестве своего покровителя Niclaes Jonghelinck .

Заметки

Галерея Подробнее

  • Три Мариеса и Сент-Джон

  • Череп и люди

  • Христос падает в нес крест

  • Корзина с двумя разбойниками

  • Поляк и воронов

  • Две фигуры у основания полюса

  • Пейзаж

внешняя ссылка

Викискладе есть медиафайлы по теме Путь на Голгофу Питера Брейгеля (I) .

  • (на немецком языке ) Процессия в КГМ
  • Официальный сайт Художественно музея
  • 99 работ Питера Брейгеля Старшего
  • Шествие на Голгофу, искусство и Библии
  • (на русском языке ) Креативный Брейгель заложил фундамент Нидерландов школы
  • «Брейгель» . Энциклопедия Американа . 1920.

«33 И, придя на место, называемое Голгофа, что значит: Лобное место,

34 дали Ему пить уксуса, смешанного с желчью; и, отведав, не хотел пить.

35 Распявшие же Его делили одежды его, бросая жребий;

36 и, сидя, стерегли Его там;

37 и поставили над головою Его надпись, означающую вину Его: Сей есть Иисус, Царь Иудейский.

38 Тогда распяты с Ним два разбойника: один по правую сторону, а другой по левую.

39 Проходящие же злословили Его, кивая головами своими

40 и говоря: Разрушающий храм и в три дня Созидающий! спаси Себя Самого; если Ты Сын Божий, сойди с креста.

41 Подобно и первосвященники с книжниками и старейшинами и фарисеями, насмехаясь, говорили:

42 других спасал, а Себя Самого не может спасти; если Он Царь Израилев, пусть теперь сойдет с креста, и уверуем в Него;

43 уповал на Бога; пусть теперь избавит Его, если Он угоден Ему. Ибо Он сказал: Я Божий Сын.

44 Также и разбойники, распятые с Ним, поносили Его.»

Евангелие от Матфея

Таков ставший живописной классикой сюжет этого полотна кисти Питера Брейгеля Младшего, прозванного Адским. Картина находится в фонде Нижегородского государственного художественного музея, в постоянно действующей экспозиции западноевропейского искусства, что представлена на Верхне-Волжской набережной-3, в бывшем доме купца Сироткина – прелестном творении архитекторов братьев Весниных.

Перед нами, как это принято и у Питера Брейгеля Старшего, и у его сына и последователя, автора этой картины, внешне – типичная жанровая сценка, хотя и иллюстрирует она библейский эпизод. Персонажи одеты в костюмы, какие носили в Европе и, в частности, в Нидерландах 16-17 веков. И только распятый Иисус одет – или скорее, раздет – вполне канонически. Быть может, тем самым художник хотел подчеркнуть его особый статус, его божественную сущность?..

Татьяна Шепелева. Октябрь 2016 года

1564 год. Фландрия изнывает под гнетом испанской короны. Великий живописец Питер Брейгель (Рутгер Хауэр) по заказу одного из местных либералов (Майкл Йорк) пишет гигантское многофигурное полотно «Путь на Голгофу». С натуры. Все персонажи — реальные люди (крестьяне, их жены, нищие, испанские солдаты), перевоплотившиеся в иерусалимских обывателей и римских легионеров. Мельник, живущий на вершине огромной скалы, станет Богом, глядящим на все происходящее с небес, простая женщина — девой Марией, а столб с надетым на него колесом, на котором испанцы казнят еретиков, превратится в символическое Древо Смерти. Новый фильм Леха Маевски, безусловно, впечатляет. Идея оживить с помощью компьютерной графики великую картину Питера Брейгеля — тоже. Отдельные кадры, сцены, невероятные брейгелевские облака и правда надолго остаются в памяти, так же как и различные брейгелевские концепции, озвученные здесь Маевски (лучшая из них воспета еще Борхесом — время статично; Христа распинают и сейчас, он и сегодня несет свой крест на Голгофу). Но что касается собственно сюжета, то он испаряется из головы практически сразу — связного рассказа у Маевски так и не получилось. «Мельница и крест» — скорее мозаика, чем полотно, причем еще не собранная в единую картину. Впрочем, Маевски этот момент не слишком смущает — он и сам никогда не запоминает сюжеты чужих фильмов, а помнит лишь отдельные эпизоды, планы и кадры. И все бы ничего, если бы не тотальное отсутствие у режиссера чувства юмора — Питер Гринуэй, работами которого, очевидно, вдохновлялся Маевски, занимается своим псевдоискусствоведением хотя бы с иронией.

Эту ленту лучше всего было бы показывать в образовательных учреждениях в качестве учебного материала.
Режиссёр осовременивает картину Питера Брейгеля, что позволяет её увидеть по-новому. Вот это примерно что-то из этой же серии. Картина оживает, оживают все персонажи, которых мы на ней видим или не видим, и только когда они приходят в движение, мы замечаем их присутствие на полотне. Причем подробный разбор картины производится довольно интересным методом.
С одной стороны — это исторический экскурс в эпоху, когда жил художник, в те культурный, социальные и политические обстоятельства, в каких приходилось творить Брейгелю, с другой стороны — это полет творческой фантазии на тему. Нечто схожее делают на вступительных экзаменах на театральный режиссерский факультет — дается картина и задание состоит в том, чтобы режиссер придумал и дал сыграть актерам этюд-мизансцену, рассказывающую краткую историю, которая могла бы произойти за минут, за час, за день до того момента, когда мгновение времени остановилось и застыло под кистью художника. (Ровно то же упражнение -этюд, кстати сказать, делают актеры-первокурсники во время обучения).
Мы видим один из жизни персонажей полотна: вот утро, когда все пробуждаются и каждый начинает в своем доме свой привычный день. Мельник потягиваясь идет запускать крылья своей мельницы в работу, мать будит детей, кормит их; пекарь печет хлеб и идет торговать им; пастух ведет на пастбище своего теленка. Привычная повседневность, рутинная работа, но в этом и кроется весь смысл.
Режиссер подробно и детально рассматривает быт каждого персонажа, его семью, его взаимоотношения. Кроме того, в картине есть формальный нарратор, т. е. повествователь — коллекционер живописи, богатый человек, глазами которого мы видим некоторые моменты и события. Лента снята очень красиво, изумительная операторская работа.
Визуально безупречные кадры — паутинка в капельках дождя, осенний лес, тяжелые каменные своды и т. п. При том, видна четко компьютерная графика, наложение изображения живых людей на фон, задник, подрисовка неба и прочие эффекты, но здесь эта прошивка «белыми нитками» к месту — создается нужный эффект искусственности, дистанции между жизнью и картиной. Фильм идет почти без звука, в том смысле что персонажи большую часть времени молчат, не произносят ни слов, ни звуков.
Музыкального сопровождения тоже почти нет. И эта тишина поражает, дает глубину и пространство для мысли. Это безусловно фантазия, фантазия режиссера — смелая и очень красивая. Тут есть над чем подумать и на что посмотреть.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *