Можно ли родственникам в реанимацию?

Я хочу рассказать вам о важной для всех нас победе, которая стала возможной благодаря петиции на Change.org и 360 тысячам неравнодушных человек, которые приняли участие в кампании и подписали петицию.

В марте этого года я создала петицию на Change.org, потребовав от Минздрава обязать больницы не препятствовать допуску родственников в реанимацию. Когда-то сама я приезжала каждый день к дверям реанимации. Восемь дней мой девятилетний ребенок был в сознании и лежал в реанимационной палате один, привязанный к кровати….

С тех пор прошло 15 лет, а в нашей стране ничего не изменилось. В марте этого года я решила поднять этот наболевший вопрос. И у нас получилось!

Уже 2 месяца действует документ Минздрава о допуске в реанимацию, утвержденный 29 июня 2016 года, ситуация меняется к лучшему, она получила широкую огласку, двери реанимации начинают открываться!

И все это, поверьте мне, не было бы возможным без этой кампании и активного участия всех вас — пользователей Change.org. Я горжусь каждым из вас и каждому из вас очень благодарна! Это наша с вами заслуга! Мы сделали очень большое дело!

Желаю всем добра! Уверена, что нас ждет еще много великих дел — вместе мы сила!

Спасибо!
Ольга Рыбковская,
Омск, автор петиции

Информационно-методическое письмо от 30 мая 2016 года

О правилах посещения родственниками пациентов в отделениях реанимации и интенсивной терапии

Посещения родственниками пациентов отделений реанимации и интенсивной терапии разрешаются при выполнении следующих условий:
1. Родственники не должны иметь признаков острых инфекционных заболеваний (повышенной температуры, проявлений респираторной инфекции, диареи). Медицинские справки об отсутствии заболеваний не требуются.
2. Перед посещением медицинскому персоналу необходимо провести с родственниками краткую беседу для разъяснения необходимости сообщить врачу о наличии у них каких-либо инфекционных заболеваний, психологически подготовить к тому, что посетитель увидит в отделении.
3. Перед посещением отделения посетитель должен снять верхнюю одежду, надеть бахилы, халат, маску, шапочку, тщательно вымыть руки. Мобильный телефон и другие электронные устройства должны быть выключены.
4. Посетители в состоянии алкогольного (наркотического) опьянения в отделение не допускаются.
5. Посетитель обязуется соблюдать тишину, не затруднять оказание медицинской помощи другим пациентам, выполнять указания медицинского персонала, не прикасаться к медицинским приборам.
6. Не разрешается посещать пациентов детям в возрасте до 14 лет.
7. Одновременно разрешается находиться в палате не более, чем двум посетителям.
8. Посещения родственников не разрешаются во время проведения в палате инвазивных манипуляций (интубация трахеи, катетеризация сосудов, перевязки и т.п.), проведения сердечно-легочной реанимации.
9. Родственники могут оказывать помощь медицинскому персоналу в уходе за пациентом и поддержании чистоты в палате только по личному желанию и после подробного инструктажа.
10. В соответствии с Федеральным законом N 323-ФЗ, медицинскому персоналу следует обеспечить защиту прав всех пациентов, находящихся в отделении реанимации (защита персональной информации, соблюдение охранительного режима, оказание своевременной помощи).

Рекомендуемая форма памятки
для посетителей, с которой они должны ознакомиться перед посещением своего родственника в отделении реанимации и интенсивной терапии (ОРИТ)

Уважаемый посетитель!

Ваш родственник находится в нашем отделении в тяжелом состоянии, мы оказываем ему всю необходимую помощь. Перед посещением родственника просим Вас внимательно ознакомиться с этой памяткой. Все требования, которые мы предъявляем к посетителям нашего отделения, продиктованы исключительно заботой о безопасности и комфорте пациентов, находящихся в отделении.
1. Ваш родственник болен, его организм сейчас особенно восприимчив к инфекции. Поэтому если у Вас имеются какие-либо признаки заразных заболеваний (насморк, кашель, боль в горле, недомогание, повышение температуры, сыпь, кишечные расстройства) не заходите в отделение — это крайне опасно для Вашего родственника и других пациентов в отделении. Сообщите медицинскому персоналу о наличии у Вас каких-либо заболеваний для решения вопроса о том, не представляют ли они угрозу для Вашего родственника.
2. Перед посещением ОРИТ надо снять верхнюю одежду, надеть бахилы, халат, маску, шапочку, тщательно вымыть руки.
3. В ОРИТ не допускаются посетители, находящиеся в алкогольном (наркотическом) опьянении.
4. В палате ОРИТ могут находиться одновременно не более 2-х родственников, дети до 14 лет к посещению в ОРИТ не допускаются.
5. В отделении следует соблюдать тишину, не брать с собой мобильных и электронных устройств (или выключить их), не прикасаться к приборам и медицинскому оборудованию, общаться с Вашим родственником тихо, не нарушать охранительный режим отделения, не подходить и не разговаривать с другими пациентами ОРИТ, неукоснительно выполнять указания медицинского персонала, не затруднять оказание медицинской помощи другим больным.
6. Вам следует покинуть ОРИТ в случае необходимости проведения в палате инвазивных манипуляций. Вас об этом попросят медицинские работники.
7. Посетители, не являющиеся прямыми родственниками пациента, допускаются в ОРИТ только в сопровождении близкого родственника (отца, матери, жены, мужа, взрослых детей).

Скачать pdf-файл>>>ПРАВИЛА ПОСЕЩЕНИЯ РЕАНИМАЦИИ

В клинике, где родственники пациентки не смогли попасть к ней в реанимацию, проводится внутреннее служебное расследование. Уточняется, что инцидент произошел в больнице № 51. Пожилую женщину туда доставили несколько дней назад.

Сотрудники больницы выразили соболезнования родным, которые так и не смогли ее увидеть. Также больница пообещала разобраться, почему врач не пустил родственников в отделение. О ситуации сообщает телеканал Москва 24.

Случай вызвал жалобы с обеих сторон. Родственники больных хотели видеть своих близких, а врачи выступили против посещений, так как это мешает рабочему процессу.

К телеканалу попало видео, на котором сын умирающей женщины пытался попасть в отделение реанимации. Александр Гутенберг рассказал, что все три дня, пока его 92-летняя мать была в реанимации, ему так и не удалось пробить медицинский кордон. На интервью с журналистами Александр и его сын пришли уже в черном.

«Я говорю, что поеду в отдел полиции и напишу заявление о пропаже человека. Вы мне рассказываете три дня, что у нее так, а я не вижу человека. Идти в прокуратуру – это самый долгий и последний вариант», – сказал Гутенберг.

Сейчас в больнице разбираются, почему в этом конкретном случае родственники не смогли пройти в отделение. Коллектив больницы принес им соболезнования и выразил готовность в оказании помощи по психологической поддержке и реабилитации. Инициировано внутреннее служебное расследование на предмет соблюдения медицинским персоналом действующих регламентов посещения родственниками больных реанимационных отделений. О результатах расследования «все заинтересованные стороны будут уведомлены незамедлительно».

В другой столичной больнице – ГКБ имени Виноградова – в реанимацию родственников пускают уже несколько лет. Посетители подходят к отделению, звонят, их встречают врачи, просят надеть халат, маску и бахилы. Родственники могут находиться в палате, если их близкому или другим пациентам не проводятся какие-либо процедуры.

У Людмилы Смирновой в реанимации мама. Девушка рядом с ней проводит почти каждый день. В больнице уверены, что присутствие родственников рядом способствует более быстрому восстановлению пациентов. Но это не значит, что двери в реанимационное отделение открыты в любое время. В посещении могут отказать, но только по уважительной причине.

«Состояние самого родственника – он должен быть здоров, не иметь признаков инфекционных заболеваний, чтобы не нести угрозы больному родственнику и другим, находящимся в отделении. Второе – конечно, не допускаются дети, их психика не готова воспринимать эту обстановку. Третье — люди в неадекватном состоянии, алкогольном или наркотическом опьянении, а бывает и такое», – объяснила заместитель главного врача по анестезиологии и реаниматологии ГКБ имени Виноградова Мария Вацик.

Виктория Вяхорева, директор по коммуникациям благотворительного Фонда Константина Хабенского заявила, что если не пускают в реанимацию, то следует сначала поговорить с врачом, сослаться на приказ, выпущенный Депздравом, и на федеральный закон. Если это не работает, нужно добиваться встречи с главным врачом, получить от главного врача письменное объяснение, на каком основании было отказано в посещении. Далее идти в прокуратуру, но это самый трудоемкий вариант.

С 9 июня в нашей стране вступил в силу закон, согласно которому в палате с пациентами реанимации или интенсивной терапии разрешено находиться родственникам больного.

Оказаться у койки человека, пребывающего в тяжелом состоянии, может любой член его семьи: родитель, супруг, ребенок или законный представитель. Да и близким друзьям или коллегам не запрещено, главное — присутствие родственника.

Чтобы попасть в реанимацию, нужно выполнить несколько важных условий: не болеть инфекционными заболеваниями и поговорить с врачом, который объяснит правила поведения и предупредит о вещах, которые могут травмировать психику, и, конечно, переодеться в стерильную одежду и вымыть руки. Находиться рядом с пациентом одновременно могут не более двух визитеров.

О том, как данная практика налажена в Камышине, мы узнали у главного врача Центральной городской больницы Владимира Галушкина.

— Мы никогда не препятствовали тому, чтобы рядом с пациентами в реанимации находились их родственники. Всё, что для этого нужно – переговорить с лечащим или дежурным врачом. Нахождение близких у постели пациента, на мой взгляд, всегда идет на пользу. Тем, более что родственники, как правило, понимают, как себя вести, стараются не мешать и присутствуют приемлемое количество времени.

Присутствие в отделении реанимации – серьезное испытание для родственников пациента. Фото /PhotoXPress.ru

Совет Федерации одобрил закон, дающий право родственникам посещать пациентов в отделениях интенсивной терапии или реанимации. Справедливости ради, главные врачи из гуманистов и раньше разрешали такие посещения. Теперь все они будут обязаны делать это по закону.

В европейских странах и США родственников пускают в реанимацию с конца прошлого века. В Германии – больее 20 лет. На сайтах многих немецких клиник размещена информация для посетителей отделений интенсивной терапии и реанимации. И один из важных моментов, на которые обращают внимание родных и близких, – это как раз благотворное влияние визитов на состояние больного.

Даже если человек еще не пришел в сознание, ему все равно нужна поддержка: можно взять близкого человека за руку, просто посидеть с ним рядом, рассказать о том, как прошел день, принести какие-то личные вещи пациента, например, фотографию или рисунок ребенка.

Издание Deutsche Welle рассказывает о том, как все устроено в Боннской университетской клинике, где действуют те же правила, что и в других аналогичных медицинских учреждениях Германии. Чтобы войти в отделение реанимации, надо позвонить в дверь. Если медицинский персонал в данный момент не занят одним из больных, дверь сразу откроют. На входе – дезинфицирующее средство: посетителям рекомендуют тщательно обработать руки перед посещением и после. В день операции просят родных и близких воздержаться от посещений, а справки даются по телефону.

Правила посещения обговариваются с каждой семьей индивидуально. График посещений гибкий. Подбирают часы, когда визит наиболее удобен. Круг посетителей из гигиенических и медицинских соображений ограничен. Прежде всего это те, кто на юридическом языке называются родственниками первой степени родства.

В реанимацию разрешается приходить и детям. Возрастных ограничений нет. Надо, правда, чтобы у ребенка были сделаны все полагающиеся прививки во избежание опасности заражения. Ведь если не допустить его к смертельно больным матери или отцу, это может стать психологической травмой на всю жизнь.

Конечно, сложно предугадать, какова будет реакция в детском возрасте на зрелище близкого родственника, находящегося в состоянии, при котором помещают в отделение интенсивной терапии. «Без подготовки мы ребенка не пустим, – говорит Йенс-Кристиан Шеве, заместитель руководителя отделения анестезиологии-реанимации Боннской университетской клиники. – Или представьте ситуацию: ребенок потерял одного родителя в автокатастрофе, другой лежит в реанимации в тяжелом состоянии. Ребенок находился в машине, он не пострадал. Конечно, он может посещать родителя, но обязательно в сопровождении специалиста. Ведь он сам переживает кризисную ситуацию».

Еще один момент, на который обращают внимание сотрудники немецких клиник, – состояние самих родственников. Попадание в реанимацию – стресс не только для пациента, но и для его близких. Проявляя заботу о больном, важно не забывать и о своем здоровье, считают немецкие врачи.

Йенс-Кристиан Шеве дает коллегам такой совет: «Важно устранить страхи. Сегодня, конечно, многое пишут или даже демонстрируют в Интернете, но, поверьте, люди не готовы к тому, что они увидят в реанимации. Инвестируйте свое время в этот первый разговор с родственниками, подготовьте их к посещению. И ограничьте количество посетителей. Врач не способен объяснить каждому члену семьи ситуацию. Разговоры с родственниками, обсуждение графика посещений не мешают врачам, они входят в круг наших прямых обязанностей».

Так в Германии. А вот входят ли длительное общение с родственниками, обсуждение с ними графика посещений, психологическая подготовка в круг обязанностей врачей в России? Тем более не в Москве или Питере, а в регионах. При нехватке оборудования и медикаментов, дефиците медсестер. В условиях оптимизированного здравоохранения.

Фото: Москва 24/Михаил Сипко

Публикации СМИ о возможном ограничении допуска родственников в реанимацию из-за нового закона не соответствуют действительности. Такое заявление сделал член думского комитета по охране здоровья Николай Герасименко, передает Агентство «Москва».

По утверждению парламентария, никакого противоречия нет. «Пребывание в любых отделениях давно работает, уже несколько лет. А в реанимации теперь появилась возможность посещения, трудно сказать, сколько оно будет длиться», – отметил депутат.

Герасименко подчеркнул, что нужно следить за практикой закона, и, если потребуется, принимать поправки, которые урегулируют длительность пребывания родственников в реанимации.

Ранее ряд СМИ написал, что новый закон о посещении палат интенсивной терапии противоречит действующим правилам пребывания родителей с детьми в стационаре. Отмечалось, что вскоре Минздрав разработает правила посещения палат интенсивной терапии, по которым родственники смогут посещать больных.

22 мая закон о доступе родственников в реанимацию одобрили в Совете Федерации. Документ обязывает врачей предоставлять доступ в реанимационные отделения и в палаты интенсивной терапии родственникам, иными членами семьи и законными представителями пациента.

Москва. 30 мая. INTERFAX.RU — Президент РФ Владимир Путин подписал закон о праве родных и близких посещать больного в реанимации и в отделении интенсивной терапии, текст документа опубликован на официальном интернет-портале правовой информации.

Изменения, внесенные в федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», обязывают медицинские организации «предоставлять возможность родственникам и иным членам семьи или законным представителям пациента посещать его в медицинской организации, в том числе в ее структурном подразделении, предназначенном для проведения интенсивной терапии и реанимационных мероприятий, в соответствии с общими требованиями, установленными уполномоченным федеральным органом исполнительной власти в соответствии с пунктом 19.1 части 2 статьи 14 настоящего Федерального закона».

Госдума 21 мая приняла закон о праве родных и близких больного посещать его в реанимации или в отделении интенсивной терапии. Совет Федерации одобрил закон 22 мая.

Закон предоставляет родственникам и законным представителям пациентов право присутствовать в отделениях интенсивный терапии и в реанимационных отделениях.

Согласно закону, Минздрав получает полномочия утверждать «общие требования к организации посещения пациента родственниками и иными членами семьи или законными представителями пациента в медицинской организации, в том числе в ее структурных подразделениях, предназначенных для проведения интенсивной терапии и реанимационных мероприятий, при оказании ему медицинской помощи в стационарных условиях».

«У родителей, супругов, детей появится возможность быть рядом с родными людьми в тяжелые моменты их жизни. Проект закона длительное время прорабатывался с Минздравом, и сегодня мы можем сказать, что мы вышли на согласованную позицию. Надеюсь, что в самое ближайшее время сможем его принять», — сказал ранее журналистам председатель Госдумы Вячеслав Володин, комментируя закон.

Проект, разрешающий родственникам и законным представителям пациента посещение реанимации, прошел в Госдуме второе чтение. Вызвавшие длительные споры поправки приняты в компромиссном варианте. С просьбой дать людям такую возможность к президенту РФ обратился известный актер и общественный деятель Константин Хабенский в ходе одной из «прямых линий».

Основная идея законопроекта ко второму чтению осталась неизменной. По словам спикера Госдумы Вячеслава Володина, у родителей, супругов, детей появится возможность быть рядом с родными людьми в тяжелые моменты их жизни. «Иногда речь идет о последней возможности, о последних часах, чтобы попрощаться с человеком, его поддержать», — заявил он.

Пока что возможность посещения реанимации родственниками остается на усмотрение руководства лечебных учреждений. То есть пускать их необязательно, пояснял ранее один из авторов Николай Герасименко.

Перед вторым чтением депутаты и кабмин долго согласовывали текст документа. Проблема в том, что отделений реанимации множество, пояснил глава думского комитета по охране здоровья Дмитрий Морозов. Очевидно, что в реанимационное отделение роддома пускать не нужно. Также есть реанимация инфекционных стационаров, где тоже сложно себе представить посещение пациентов родственниками. Поэтому и прописана в законопроекте обязанность регламентировать этот процесс. Предполагается, что Минздрав утвердит общие требования к организации посещения.

В общем нужна тонкая настройка, превращать реанимацию в проходной двор нельзя, ведь в этих отделениях врачи борются за жизнь людей, уверены в профильном комитете. Как объяснял ранее Николай Герасименко, в подзаконных актах будет прописано, что «нельзя будет пускать с температурой, инфекцией» и прочие условия.

Прямая речь

Заместитель председателя Государственной Думы РФ Ольга Епифанова:

«Человек, находящийся в реанимации, порой на грани жизни и смерти, прежде всего нуждается в поддержке самых близких ему людей — близких родственников. В этой ситуации законодатели постарались учесть все точки зрения и сделать так, чтобы в реанимации находились и помогали побороть болезнь пациенту только те, кто это может сделать: врач, медицинская сестра и близкие родственники.

По имеющейся статистике, более 90 процентов реанимаций успешно регламентируют этот процесс. Но, к сожалению, есть и отрицательные примеры.

Важно то, что государство обратило внимание на эту проблему и делает все для того, чтобы сделать данный процесс максимально эффективным, с пользой для пациентов. При этом, люди должны четко понимать, что данная процедура имеет строгие правила и ни у кого нет права врываться в реанимацию тогда, когда ему вдумается».

дмитрий куркин

Национальный проект «Открытая реанимация» начал работу в регионах России, в том числе в Москве, Курганской области и Татарстане. Это первые шаги, закрепить которые должен новый закон, уже одобренный Госдумой в первом чтении. Он сильно упростит допуск в палаты реанимации родственников находящихся в них пациентов — в первую очередь детей, для которых пребывание в больнице может означать серьёзный стресс. «Теперь посещение больного в отделении реанимации и интенсивной терапии стало возможным в каждой из городских больниц. Порядок этих посещений детально описан в памятке для родственников пациентов, которая подготовлена нашими специалистами и имеется в каждом стационаре», — поясняет Алексей Хрипун, руководитель московского департамента здравоохранения.

Памятку, подобную той, о которой он говорит, НИИ организации здравоохранения выпустил ещё год назад, а битва общественников с администрациями больниц за право допуска родственников в реанимацию шла по меньшей мере несколько лет: до того не работали ни петиции с сотнями тысяч подписей, ни обращения Константина Хабенского к президенту, ни апелляции к гуманизму и уже принятому Федеральному закону «Об основах охраны здоровья граждан». Статья 51 в нём прямо говорит, что у родственников детей, находящихся в стационаре, есть право на посещение реанимаций. Однако убедить в этом медработников оказалось куда сложнее.

Это отличный пример бюрократической казуистики: право присутствовать в стационаре у родственников было и так, но решение об их допуске оставалось за врачами. Врачи же в подавляющем большинстве случаев (хотя и не всегда) никому из родных больного присутствовать в палате не разрешали, ссылаясь на самые разные причины или не объясняя ничего вообще.

Часть возражений против присутствия родственников в реанимации имеет под собой почву, другие больше похожи на отговорки и явно избыточные меры предосторожности. «Открытая реанимация» учла и те и другие.

Так, скажем, аргумент против антисанитарии — приходящий родственник, дескать, может занести инфекцию — как общественникам, так и некоторым врачам кажется абсурдным. Особенно в свете того, что сами больницы зачастую далеки от поддержания образцовой чистоты. «Санитарные нормы часто нарушаются сотрудниками больше, чем родителями, так как сотрудники, например, выходят на улицу курить в той же обуви, в которой работают, а родители послушно приносят сменку, — комментировала ситуацию Нюта Федермессер, президент фонда помощи хосписам «Вера», одна из инициаторов проекта. — В отделениях больниц страшна именно внутрибольничная инфекция, которую переносят грязные тряпки для уборки, отсутствие культуры по правильному мытью рук, халаты, в которых медперсонал переходит из палаты в палату, и одноразовые перчатки, которые перестают быть одноразовыми после того, как медсестра перешла в тех же перчатках к следующему пациенту». Тем не менее новая программа обязывает родственников переодеваться в стерильные халаты — в реанимацию их допустят только в таком виде.

Большинство специалистов сходится в том, что объективных препятствий для присутствия родственников больныхв реанимации нет

Другой аргумент — родственник больного, особенно в состоянии стресса, может помешать работе врачей — выглядит куда более неоднозначным. За ним обычно скрывается фундаментальное непонимание того, что пациент — не просто тело, находящееся на попечении медработников, и ему требуется психологическая поддержка. «Когда в Европе обстановку в роддомах приблизили к домашней, пустили музыку мягкую, на стенах повесили какие-то картины, чтобы не было этого белого цвета морга, количество осложнений в родах уменьшилось на 20 %. Это огромная величина. Если здесь в реанимациях будет достигнут похожий эффект за счёт присутствия родственников, которые часто хотели бы быть рядом со своими близкими людьми, испытывающими страдания, это оправданно со всех точек зрения, и странно, что происходит только сейчас», — говорит Александр Саверский, президент Лиги защиты пациентов. И вроде бы очевидно, что врачи и родственники находятся по одну сторону баррикады, но к этому доводу начали прислушиваться лишь недавно.

В конечном счёте большинство специалистов сходится в том, что объективных препятствий для присутствия родственников больных в реанимации нет. «Если организовать процесс грамотно, то открытость будет служить только во благо пациентов. Близкие пациентов должны быть участниками лечебного процесса и помощниками врачей. Во всём мире доказано, что тяжёлые пациенты, у которых есть возможность контактировать или общаться с близкими, выздоравливают гораздо быстрее», — уверен главврач Первой градской больницы Алексей Свет. Всё упирается в многострадальную модернизацию российских больниц, во многих из которых реанимационные отделения и правда не рассчитаны на присутствие кого-либо кроме пациента и врачей. Отсюда ограничение, прописанное в нынешнем законопроекте: не более двух родственников в палате одновременно.

Что делать людям, которые в родстве с больным не состоят, но могут быть ему куда ближе в человеческом смысле, пока тоже неясно: нынешнюю инициативу называют семейно ориентированной и у такого подхода есть свои недостатки. Но уже то, что посещение реанимации для многих перестанет быть художественным вымыслом из медицинских сериалов и семейных драм, безусловно, можно считать победой здравого смысла.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *