После причастия

Аудио

— Объясните, пожалуйста, почему после Исповеди и Причастия бывают совершенно разные состояния. Порой радость, легкость, а иногда исповедь бесчувственна, в душе пустота, и, кажется, никаких перемен.

— Дело в том, что Таинство Исповеди предваряет все другие Таинства Церкви, в нем человеку прощаются все грехи, в которых он раскаивается искренне и чистосердечно, ничего не утаивая и не пытаясь себя оправдать. То есть, когда человек воспринимает исповедь, как открытие всех своих душевных ран перед Всевидящим Богом. В таком случае человек получает благодать Божию, которая укрепляет человека в борьбе со страстями, которые мучают его, заставляя совершать те или иные грехи. В Таинстве Покаяния человек освобождается от власти дьявола над ним. Борьба не прекратится, но в момент покаяния дьявол, выражаясь современным языком, теряет все точки соприкосновения с православным христианином. Благодать Божия умиротворяет душу человека, укрепляя его идти по пути добродетели.

Как я сказал ранее, не может быть, чтобы после глубокой, сознательной, не щадящей себя исповеди человек не ощутил себя по-другому. Старец Паисий Святогорец даже советовал своим духовным чадам сфотографироваться перед исповедью и после нее. Даже внешний вид человека преображался после покаяния, он буквально расцветал. Даже если человек меняется внешне, тем более он меняется в душе.

Вся беда в том, что нередко современные люди путают исповедь с психоанализом, когда подробно разбираешь свою душу, но раскаяния в поступках нет. Бывает, что человек путает исповедь с автобиографией, когда рассказывают свою жизнь. Можно понять таких людей, поскольку многие лишены возможности излить душу. Но все это не является исповедью. Но еще хуже, когда во время исповеди человек говорит о своих добродетелях: я и пощусь, и молюсь, и творю милостыню, и не пью, и не курю. Конечно, это профанация исповеди, и стоит ли удивляться, что у такого человека нет радости и сил продолжать духовную жизнь. Да и понимает ли он, что такое духовная жизнь. Еще одна ошибка, когда вместо собственной исповеди, мы перечисляем недостатки наших ближних, чаще всего своих родных и близких. Человек изливает душу о том, как ему тяжело с ними, и как его никто не понимает. Понятно, что это тоже исповедь. Но после подлинной глубокой исповеди обязательно будет душевная радость.

— То есть, душевная радость источником имеет спокойную совесть? А спокойная совесть рождается в искренней исповеди? Как правильно подготовиться к исповеди, чтобы она была плодотворной?

— Христианин, который регулярно кается и причащается, то есть старается вести духовную жизнь, старается записывать самые большие грехи и падения. Те, кто исповедуются чаще, стараются все это запомнить. Совесть такого человека не отягощена грузом грехов и вовремя обличит и подскажет. Когда такой христианин лишь готовится к воскресному богослужению, приходит в храм, совесть ему напоминает, где он был несправедлив, где не промолчал, не покрыл недостаток ближнего своей любовью. Совесть сама подсказывает человеку, он подходит и говорит: «Господи, прости меня, я согрешил пред Тобой». Если же обвинять другого, это будет не исповедь, а профанация. Поэтому к исповеди надо готовиться в течение всей своей жизни.

Добрый день! Скажите, пожалуйста, можно ли после причастия спать днём в этот же день причастия? Просто старые люди говорят, что после службы нельзя спать и даже есть семечки весь день. Мне кажется, что это предрассудки людей. Очень хочется людям объяснить, что это неправильные суждения.

Отвечает Олег Облогин:
Уважаемая Елена, вы правы, это ошибочные представления о вере и причастии. Никаких запретов на сон или еду нет. Думаю, что опасение семечек связано с тем пониманием, что частицы причастия якобы могут остаться на зубах или деснах, а потом вместе с семечками есть риск их просто выплюнуть.
Я сталкивался с таким мнением.
Что тут можно сказать… по моему опыту — таких людей все равно не переубедить. Их вера складывалась годами под воздействием различных факторов и жизненных обстоятельств.
И доводы разума здесь окажутся бессильными. Поэтому лично я не стараюсь изменить чье-либо мировоззрение или понимание, если меня не просят о чем-то рассказать. Не нужно навязываться в проповедники. Важнее самому правильно относиться к людям — с вниманием, терпением, уважением, — доброжелательно.
И самим стоит учиться жить по Божьим Заповедям. Традиции же и обряды — дело второстепенное.
Храни вас Господь.

В Таинстве Причащения (Евхаристии) верующий получает благодать обожения через единение со Христом. Причащение — есть Таинство, в котором верующие под видом хлеба и вина вкушают (Причащаются) Тела и Крови Христовых для жизни вечной.
Причащение также называют Евхаристией. Слово «Евхаристия» по смыслу означает, прежде всего, «благой дар», «благодать», «дар совершенный», а потом уже и настроение благодарения. Если объеденить эти смысловые понятия, то получится «благодарность за благодать».
Евхаристия освящает весь тварный мир. Ее благодать получают и те, кто не причащался, а только молился в храме, и те, кого поминают на проскомидии — живые и усопшие члены Церкви. Святой праведный Иоанн Кронштадтский говорит: «Ради Божественной Литургии — Тайны — солнце на небе светит днем, луна — ночью; и звезды небесные, тысячи их, свой свет издают; и земля плод дает, и потому мы можем питаться хлебом. Повторяю: земля только затем приносит плоды, хлеб и виноград, что хлеб и вино каждый день приносятся на Святой Престол при совершении Литургии. Не нам, не для нас, грешных, покрытых язвами, дает земля плод свой, не стоим мы его; земля дает его для Бескровной Жертвы и будет давать, доколе будет совершаться на земле Божественная Литургия». Стало быть, основная идея Литургии — идея благодарности человека в ответ на те блага, которые он имеет от Бога.

Внутренняя сторона таинства

I . Необходимость причащения Св. Тайн

Она непосредственно вытекает из предыдущих слов Спасителя и основывается на словах святых отцов, являющихся их разъяснением.
О насущной потребности для верующего христианина причащаться отчетливо говорит следующий, небезызвестный в старчестве, ответ беса одному пустыннику, задавшему вопрос, что для того страшно в христианском роде.
Хотя для христиан свидетельство бесов и не имеет значения, даже если бы те и говорили правду (наоборот, они не должны доверять им в подобных случаях), однако поскольку демоны суть «боги» неверующих во Христа людей, то свидетельства их о Нем не утаены от нас и самим Евангелием (Мк. 1, 24-25; Деян. 16, 17-18). Поэтому приведу подобное свидетельство.
«’Три случая в вашей жизни, — отвечал демон пустыннику, -грозны и невыносимы для меня: таинство крещения, где я совершенно теряю свою силу и право над вами; крест, который мучит меня, гонит и уничтожает, и, наконец, — причащение». «Последнее, — продолжал бес, — страшнее мне самой геенны: оно то же для меня, что солнце для тьмы; я не могу не только приблизиться к достойно причащающемуся, но даже страшусь взглянуть на него».
«Впрочем, — прибавил злой дух, — все это как ни убийственно для меня в своем существе, но благодарю людей: они своею невнимательностью и порочными навыками сами уничтожают и отгоняют от себя силу благодати таинств; поэтому я только на время отступаю от них. Они сами дают мне случаи овладевать ими и царствовать в преступном их сердце»» («Письма Святогорца»).
Необходимость и обязательность для христиан причащаться -и как можно чаще — Св. Тайн подтверждается и подчеркивается правилами святых апостолов, их учениками — мужами апостольскими, соборными постановлениями. Таковы Правило 9 св. апостолов, Правило 2 Антиохийского Поместного Собора, предписывающие неукоснительно всем верным, не находящимся под епитимией, оставаться в церкви до конца службы и причащаться Св. Тайн.
Никто не может в Церкви Христовой обойтись без причащения Св. Тайн. Оно необходимо не только людям грешным, немощным, расслабленным и борющимся со грехом, но и победившим страсти, ставшим выше своей природы.
Велика была равноангельная Мария Египетская, которая после сорокасемилетнего пребывания в пустыне настолько истончила плоть и соделала душу храмом Св. Духа, что во время молитвы поднималась в воздух, но и она пред смертью должна была причаститься, для чего Господь чудным образом приводит к ней преп. Зосиму. Св. Алексий, человек Божий ( f 411 г. ), на коем почил, по словам Самой Богоматери, Дух Святой, причащался Св. Тайн каждое воскресенье. Египетские отшельники ходили по субботам и воскресеньям в храмы соседних монастырей, не стесняясь расстоянием. Если подвизающийся был затворником и не выходил из кельи, то к таковому нередко пресвитер приходил совершать Божественную литургию даже в келью.

II . Важность и значение св. причащения

Величие, сила и действенность величайшего таинства Православной Церкви засвидетельствованы в ее истории особыми, поразительными знамениями.
Не потребуют подробной цитации всем известные строки из «Дневника» о. Иоанна Кронштадтского, в которых он выражает свое благоговение, изумление и восторг пред величием и непостижимостью Христовых Тайн и пред животворной их силой. Сколько чудес им было совершено посредством их! О некоторых он упоминает сам.
«Дивлюсь величию и животворности божественных Тайн! -восклицает в своем «Дневнике» сей глубоко чтимый русским народом преподобный пастырь. — Старушка, харкавшая кровью и обессилевшая совершенно, ничего не евшая, от причастия Св. Тайн, мною преподанных, в тот же день начала поправляться. Девушка, совсем умиравшая, после причастия Св. Тайн, в тот же день начала поправляться, кушать, пить и говорить, между тем как она была почти в беспамятстве, металась сильно и ничего не ела, не пила… Слава животворящим и страшным Твоим Тайнам, Господи!»
«Некто, бывший смертельно болен воспалением желудка девять дней и не получивший ни малейшего облегчения от медицинских пособий, — лишь только причастился в девятый день поутру животворящих Тайн, к вечеру стал здоров и встал с одра болезненного. Причастился он с твердою верою… Слава всемогуществу Твоему, Господи!»
Приведу еще слова преп. Серафима, Саровского чудотворца, сказанные одному мирянину:
«Кто приобщается — везде спасен будет, а кто не приобщается — не мню. Где господин, там и слуга будет «.

III . Кому можно причащаться и кому нельзя?

Св. апостол Павел пишет к коринфянам:
Да искушает же человек себе — пусть испытывает, прилежно рассматривает себя, делает проверку своей совести, перебирает все свои дела и помышления, достоин ли он св. причащения, — и тако от Хлеба да яст и от Чаши да пиет. А если не так, то суд себе яст и пиет, не разсуждая, то есть не думая и не отдавая себе надлежащего отчета в том, сколь велика святыня Тела Господня, которую принимает. Тут же апостол присоединяет пример из жизни самих коринфян, поясняющий, что это за суд и как он может вершиться еще здесь на земле, хотя пока лишь над отдельными грешниками (однако может быть и массо-. вое наказание). Сего ради, — говорит он, — в вас мнози немощни и недужливи, и спят довол- «м(1 Кор. 11,28-30).
Также и умилительный, сердобольный, сострадательный ко всем кающимся и немощным св. Иоанн Златоуст в отношении необходимости достойного принятия Св. Тайн становится строгим и взыскательным:
«Не должен приступать сюда (к Трапезе Господней) ни один бесчеловечный, ни один жестокий и немилосердный, ни один нечистый. Это говорю вам, которые приобщаетесь, и вам, которые слу’ жите. Нужно побеседовать и с вами, чтобы вы со многим тщанием разделяли сии дары. Не малое наказание ожидает вас, если вы, признавши кого-либо нечестивым, позволите причаститься этой трапезы. Кровь Его взыщется от рук ваших. Хотя бы кто был полководец, хотя бы высший начальник, хотя бы сам царь, носящий диадему, но если приступает недостойно, то запрети ему: ты имеешь больше власти, чем он. Если бы тебе поручено было сохранять в чистоте источник воды для стада и ты увидел овцу, имеющую на устах много грязи, то не позволил бы ей наклониться и возмутить источник. Но теперь вручен тебе Источник не воды, а Крови и Духа, и ты, видя некоторых имеющих грех, который хуже земли и грязи, и приступающих к этому источнику, не вознегодуешь, не воспрепятствуешь?
Какое ты можешь получить прощение? Для того Бог удостоил вас этой чести, чтобы вы разбирали такие дела… Но как, скажешь, я могу знать того и другого? Я говорю не о неизвестных, но о известных людях».
По апостольской заповеди (Гал. 5, 22) и в соответствии с церковной практикой, отеческими установлениями и примерами из житий святых, все, что требуется от причащающихся, можно свести сжато и кратко к следующим пунктам:

  • Вера. Необходимо, чтобы человек не только вообще имел православный образ мыслей, но и, в частности, веровал бы, что он причащается под видом хлеба и вина истинного Тела Христова, которое во утробе Девы зачалось Святым Духом в незначительном палестинском городке Назарете, неизреченно родилось в Вифлееме, пострадало за нас, умерло и воскресло в Иерусалиме, — что он причащается, кратко сказать, Самого Господа, вознесшегося на небеса и сидящего одесную Отца.
  • Любовь. Жертва Крестная есть Жертва Любви. «Возлюбим друг друга, да единомыслием исповемы…» — заповедует св. Церковь причастникам и всем верным за Божественной литургией, на которой одной приносится сия Жертва. Дух вражды и раздора у первых христиан почитался таким тяжким грехом, что, по свидетельству древних отцов и учителей Церкви, не мог быть омываем кровью и самого мученичества (!), если кто пребывал в сем грехе нераскаянным.
  • Кротость. Понятно, что раз дух вражды был совершенно чужд первым христианам, то во всяком отдельном случае, при всяком возникающем неудовольствии, я не говорю уже ссоре, они старались победить его кротким перенесением обид и примирением со врагом. Это — прямая заповедь Самого Господа и Его апостолов (Мф. 6, 23-24; Еф. 4, 2; Флп. 4, 5; Тит. 3, 2). Заповедуется примириться, попросить прощения, сделать земной поклон не тем, кого мы обидели, как это ожидается и что понятно сознанию современных людей, но тем, кто нас обидел, без всякого со стороны нашей повода; припомнить, что кому-нибудь когда-либо, что называется, «под руку подвернулся», взять, пойти к нему и — бух в ноги: «Прости меня, Христа ради…»
  • Милосердие. Добродетель эта — того же порядка, что и предыдущие, и уподобляет человека, творящего ее, Самому Богу, Который солнце Свое сияет на злыя и благия и дождит на праведныя и на неправедныя (Мф. 5, 45). Первые христиане усиленно совершали дела благотворительности и милосердия, особенно по отношению к нищей братии Христовой. Для готовящихся же ко св. причащению они были обязанностью. Не приводя многих цитат святоотеческих, достаточно указать на первохристианские агапы (вечери любви), за которыми первоначально совершалось и приобщение Св. Тайн (1 Кор. 11, 20-23). И теперь, идя в церковь причащаться, не забудем и наших, стоящих на паперти, «господей», как называл нищих св. Иоанн Милостивый, и подадим им хотя бы копейку, оставшуюся в кармане от покупки трамвайного билета.
  • Воздержание. Понимать сию добродетель надо здесь в широком смысле, как охранение себя от всякой греховной вещи. О половом же воздержании и говорить нечего. Даже в Ветхом Завете в исключительных случаях, когда человеку необходимо было приблизиться и войти в соприкосновение со святыней, требовались предварительная чистота и плотское воздержание (Исх. 19, 3, 10, 15; 1 Цар. 21, 4-5). «Кольми паче в новой благодати, — говорит св. Димитрий Ростовский, — подобает воздер-жатися от женского ложа». Для клириков требования еще более строги.

Ответ священника:

Это трудно оценить потому, что недостойное причащение выражается в определенном состоянии души, а через интернет его бывает непросто определить. Для этого необходимо встретиться и поговорить с глазу на глаз. Но если говорить в общем, то физическая болезнь после причащения может быть и связана и не связана с участием в Таинстве. Апостол Павел пишет о последствиях недостойного причащения: «от того многие из вас немощны и больны и немало умирают» (1 Кор. 11.30). В то – же время, расстройство здоровья после причастия может произойти по причинам соматическим, а не духовным. Вы пишете, что к причастию готовились и были на исповеди. Говение имеет конечную цель духовно отрезвить человека, раскрыть в его душе видение своих грехов и привести к смирению и покаянию перед Богом. Эти качества можно назвать критерием правильного причащения. Если таковые сопровождали Вас во время участия в Таинстве, болезнь Ваша с ним не связана. Если не сопровождали, то, возможно, заболели Вы именно по этому. В моей практике был такой случай. Я причастил одну женщину, и после причастия она на месяц ушла в запой, при этом обвинив Таинство Причащения (что запила, яко – бы из — за принятия вина…!). Впоследствии, я узнал, что она изменяла Православию, посещая разные секты, в прошлом пила и закодировалась от пьянства. Но об этих грехах я не услышал от нее ни единого покаянного слова на Исповеди. Вот эта нераскаянность, а так же отсутствие говения даже по форме и привели к таким последствиям после причащения. На самом деле бывает масса случаев, когда наоборот, наркоманы и алкоголики искренне оплакав свои грехи на Исповеди, причастившись всего один раз, не чувствуют больше своей зависимости исцеляются от пьянства и наркомании. Хотя после этого, они должны духовной работой над собой, укрепить и поддержать плоды своего исцеления, иначе могут вернуться к прежним страстям.

Продолжается обсуждение проекта документа Межсоборного присутствия «О подготовке ко Святому Причащению». Сегодня на наши вопросы отвечает протоиерей Артемий Владимиров, духовник Алексеевского женского монастыря, член Союза писателей России.

Протоиерей Артемий Владимиров

— Отче, каково в целом Ваше отношение к обсуждаемому сейчас документу?

— Приспело время главный вопрос христианского благочестия — вопрос о Причащении Святых Тайн Христовых — подвергнуть всестороннему обсуждению, чтобы достичь единства между пастырями в отношении практики причащения людей.

Не секрет, что священники разных поколений (советского, постсоветского времени) имеют различные подходы к подготовке своих прихожан ко Святому Причащению.

На мой взгляд, в этом документе весьма мудро указана золотая середина — царский путь, идя по которому пастырь и пасомые смогут избежать крайностей. Прежде всего это касается говения, или постничества перед причащением Святых Христовых Тайн.

Как часто ещё десять лет тому назад мы встречали священников с неоправданно строгими установками — требованием семидневного поста перед тем, как приступить к евхаристической чаше. Конечно, не из своей головы батюшки брали эти правила, но ссылались на определённые документы XIX века, принятые Русской Церковью, а также на «Учительное известие».

Между тем, этот документ конца XVII века говорит о гибкости в подходе и не обязывает христиан совершать пощение в течение седмицы.

Рассматриваемый нами проект предлагает пастырю подходить строго индивидуально к каждому случаю. Если люди живут полнотой церковной жизни, если они стараются выполнять все установления Матери Церкви, в частности, посты в среду и пятницу, то для них остаётся обязательным евхаристический пост — воздержание от пищи и пития после двенадцати ночи. Притом весьма правильно делается исключение для младенцев, тяжелобольных людей, для которых приём лекарства является непременным условием их жизнедеятельности.

Мне отрадно, что духовнику предоставляется право вместе с его пасомыми вырабатывать разумные подходы. Этот документ лишён той директивности и однозначности, которые были бы естественны для светской жизни, но весьма неправильны для сокровенной жизни во Христе.

Рассматриваемый документ очень гибкий, он предоставляет творческий простор для тех, кто его изучает, в первую очередь, пастырей. Думаю, что его следствием будет упразднение тех ненужных горячих споров, которые имели место в церковном обществе в последние годы.

— Отче, а какова была практика подготовки к Причастию у Вас на приходе в последние годы?

— Я с радостью отмечаю, что пастырская практика в храме Всех Святых совершается в русле упомянутого документа. Мне как священнику всегда представлялось правильным с великим разбором подходить к каждому человеку и не переносить психологию зрелого возраста на ребёнка, понимать, что условия жизни студента отличаются от быта семейной пары.

Я старался никогда не затруднять своих прихожан обязательным требованием прочитать полностью традиционное молитвенное правило, хотя признаю это желательным. Считаю главным условием неосужденного причащения Святых Тайн участие в службах суточного круга и раскрытие помыслов — это та духовная терапия, которая сегодня именуется индивидуальной исповедью.

Как говорил святитель Феофан Затворник, отвечая на вопрос, как подготовиться к Святому Причащению: «Поисповедуйся с сердечным сокрушением — вот ты и готов».

На мой взгляд, важно не только прилагать усилия к подготовке, но и учиться хранить полученную благодать. Ведь не секрет, что, причастившись Святых Тайн Христовых, многие прихожане расслабляются, по человеческой немощи, впадая в невоздержание, многословие, осуждение, и лишаются благодатных плодов Святого Причащения.

Поэтому пастырю, на мой взгляд, очень важно воспитывать своих прихожан в сознании необходимости сохранять и умножать полученную благодать Святой Евхаристии. Для меня это сохранение и умножение умещается в известных стихотворных строчках (позволю себе их перефразировать — может быть, они удивят читателей):

Светить всегда,
светить везде —
Вот лозунг твой
и солнца!

— Отче, и ещё позвольте задать ещё один вопрос. У человека, который регулярно приобщается Святых Тайн, существует риск превратить Евхаристию в некую «дежурную процедуру». Как этого избежать?

— Да, об этом необходимо думать. Но на своём личном маленьком духовном опыте я подмечаю разницу между привыканием, то есть бездумным участием в величайшем Таинстве любви Божией, и внутренней потребностью освящения души и тела Святыней. Этому учат нас великие святители.

Так, например, святой Амвросий Медиоланский, епископ IV века, говорил: «Я каждый день поневоле согрешаю. И поэтому каждый день приобщаюсь Святых Христовых Таин для исцеления души и тела».

Когда для причастника Святыня становится необходимой, как воздух, как солнечный свет, как земные хлеб и питие, тогда, отойдя от Святой Чаши, он всегда будет ощущать прилив благодатной энергии, будет ходить в радости и мире, будет желать поделиться с ближними благодатным состоянием. Это проявится в его внимательности, человеколюбии, готовности служить людям…

И вот на это и нужно всегда обращать внимание. Если же, причащаясь Святых Христовых Тайн, человек остаётся таким же чёрствым, раздражительным, каким был до входа в храм, — для меня это самый тревожный симптом, который говорит об определённом искажении духовной жизни прихожанина.

Подготовила Дарья Менделеева

Жертвоприношение

Священник Александр Дьяченко

События, описанные в этом рассказе, подлинны…
Священник Александр Дьяченко

Мой приятель Серёга работал у нас на станции в путейской бригаде. И ходил точно так же, как и остальные работяги, в грязном оранжевом жилете, вечно засаленном машинной отработкой или перепачканный вонючим кузбаслаком.

Правда, в отличие от других, Серёга никогда не раздражался и не заводил разговоров про зарплату, а ещё он был верующим. Мой товарищ не просто заходил по обычаю в церковь свечку поставить, а верил глубоко и как-то по-детски искренне.

Мне всегда интересно, почему человек начинает верить, тем более, если это мужчина. Сегодня вижу мужчину на службе, особенно молодого, и понимаю, что пришёл он не просто так. Представляю, какую огромную мыслительную работу проделал, чтобы, в конце концов, решиться стать христианином. Для нас обычен именно такой путь к Богу – через разум, это женщина принимает решение сердцем, чутьём, интуицией. Мужчина – головой. Спросите верующего человека, почему он пришёл в храм, представитель сильного пола, скорее всего, пустится в пространные рассуждения, а женщина просто пожмёт плечами.

Я не говорю, что путеец Серёга не способен на сложный мыслительный процесс – ещё как способен! – но чтобы иметь такую живую веру как у него, мало одной только работы мысли, нужен ещё и опыт живой встречи.

Уже потом, после того, как мы с ним подружились, мой товарищ рассказал, что ещё в шестилетнем возрасте он однажды услышал голос. Просто голос, сам по себе, без всякого рядом присутствующего человека. Скорее всего, голос звучал у него в голове. Ребёнку бы испугаться, но он не испугался, а вступил с ним в диалог, и этот диалог продолжался у них несколько десятилетий, до той поры пока Серёга ни пришёл в храм. Кому принадлежал этот голос? Возможно ангелу хранителю, который и привёл мальчика к вере, а может, искусителю, вынужденному замолчать, потому что человек пришёл к вере. Попробуй тут разберись.

Можно предположить, что ребёнок внезапно заболел, и эти беседы списать на какую-нибудь форму шизофрении, но только голос часто рассказывал мальчику, что ждёт его в будущем, показывал людей, которые потом сыграют в его жизни важную роль. Малыш даже выпросил у хозяина голоса, чтобы тот помог ему выиграть автомобиль в денежно–вещевую лотерею. И тот согласился. Поэтому Серёга знал заранее, в какой день и в каком году ему следует придти в нужное отделение связи, чтобы купить билет, который принесёт ему главный выигрыш.

А однажды, будучи подростком лет двенадцати, он неожиданно услышал:

— Хочешь увидеть свою будущую жену? Странный вопрос, кто же этого не хочет?
– Тогда смотри, – продолжил голос, – вон она, прыгает через верёвочку.

«Помню свою первую реакцию:
— За что, Господи?» – рассказывал он.

Мальчик, сам не понимая почему, именно так обращался к голосу.

– Мы же такие бедные, несчастные. Живём вшестером в одной комнате. Я так надеялся, что хоть жена у меня будет богатенькой, и хоть немножко красивой. А эта, Ты посмотри на неё, Господи, она такая же бедная, как и мы. Ручки, ножки тоненькие, словно ниточки, рыжая, вся в канапушках. Не надо мне такой жены, Господи, дай кого получше!

«Правда, вскоре я напрочь забыл об этой встрече и ту рыжую девчонку в прохудившихся сандаликах. Наш городок совсем маленький, и я, будучи предупреждённым, наверняка бы сделал всё, только бы наши пути в дальнейшем не пересекались. Но тогда не случилось бы того, что должно было произойти. Как-то уже накануне нашей свадьбы мне в руки случайно попал семейный альбом моей невесты. Помню, сижу, листаю, и вдруг меня, словно ошпарило, вот же она та маленькая девочка из моего детства в канапушках и порванных сандаликах. Я всё вспомнил и ту нашу с ней встречу, и тогдашний разговор с голосом».

— Серёжа, а в церковь ты как пришёл? Расскажи.
— Ты понимаешь, это произошло так быстро и необъяснимо чудесным образом, что я даже ни с кем об этом не делюсь. Боюсь, ты мне, просто не поверишь, – а потом предложил:

— Знаешь, если это тебе действительно интересно, то в ближайшие выходные мы с женой будем рады видеть тебя у нас дома, Надежда сама всё и расскажет.

Так впервые я оказался в их городе. Зашёл в большой, тогда ещё восстанавливающийся храм, там и познакомил меня Сергей с его Надеждой. Пишу и представляю себе её смеющиеся голубые глаза на лице, густо усеянном веснушками. А после службы мы вместе отправились к ним домой. И уже за обеденным столом я услышал удивительную историю.

— Серёжу я знала задолго до замужества. Он тогда уже был взрослым, а на меня, малявку, внимания не обращал. Всюду они появлялись вдвоём со своим братом Костиком. Оба невысокие, но крепко сбитые спортивные ребята, несколько лет занимались боксом, Серёжка, тот вообще мастер спорта. У них на двоих был один мотоцикл. Любили они подъехать к открытой танцплощадке, и как бы невзначай затеять с кем-нибудь ссору. Вставали спиной к спине и дрались, невзирая на число противников. Потом Серёжа ушел в армию, за ним Костя. После службы ребята посерьёзнели, остепенились. Тогда мы и познакомились, а вскоре Сергей сделал мне предложение. Он мне нравился, смелый надёжный парень, без вредных привычек. Одно смущало: мне всегда казалось, что мой жених, как бы это сказать, человек несколько жёсткий. А уж когда мы поженились, поняла, что Серёжа не просто жёсткий, а жестокий.

Не помню, что бы он меня когда-нибудь пожалел, проявил внимание, или просто приласкал. Даже когда беременная была, детей носила, даже тогда. Родилось двое деток, а он и с ними так же, по-солдатски, орёт на них, руку поднимает. Я уже не знала, что и делать. Стала в постели от него отворачиваться, так он с вьетнамками связался. Их тогда много из самого Вьетнама к нам на ткацкую фабрику прислали. И главное, одних только девушек, без парней. Вот и были они доступные, а нашим мужикам всё в диковинку. Мой Серёжа стал к ним ходить. Утром домой заявится, и давай рассказывать, с кем он мне изменяет. Спокойно так, даже, вот на столечко, – показала мне пальчиками, – не смущаясь. Ладно, если бы пил, можно было бы всё на водку списать, так он же спортсмен, абсолютный трезвенник.

Вспоминаю то время, как мне было тяжело, родители уже умерли, и поплакаться ни к кому не пойдёшь. Тогда я впервые попала в нашу церковь. Она ещё только – только начала восстанавливаться, но службы уже шли. Познакомилась с прихожанами, а потом и с батюшкой. Научили они меня молиться, Евангелие читать, детей на причастие приводила, только Серёжа мой всё крутил пальцем у виска, мол, совсем я уже рехнулась. А мне хорошо, может, только там и было.

Время шло, а дома совсем житья не стало. Он не скандалил, нет, просто иногда молча зажмёт меня в каком-нибудь в углу и смотрит испытующим взглядом, и, наконец, однажды ударил головой мне в лицо. А когда ударил, то, всё. Поняла я дальше так жить невозможно. На что уж у нас соседи народ незаметный, так и те мне в один голос советуют:
— Надежда, бросай его и уходи, убьёт тебя этот злыдень.

— Сама боюсь, а куда идти, ещё и с детьми? Да и человек-то он был ну, не совсем уж плохой, ведь не пил, и для детей старался. Однажды прихожу в церковь на вечернюю службу, стою и чувствую, всё, не могу я так больше. Не знаю как оказалась у иконы Пресвятой, стала на колени и молюсь. Слёзы льются, а я не замечаю, только кричу Ей безмолвным криком: «Матушка, дорогая, помоги, сил больше нет! Столько времени молюсь о своём Сергее, а он только хуже становится. Забери меня, Матушка, я человек верующий и знаю, у Тебя там хорошо, мне туда хочется, где любят. И ещё, чтобы Серёженька мой стал добрым, он же неплохой человек, Матушка, помилуй его. Я согласна умереть, только пускай он изменится. Жизнь за жизнь, Матушка!»

Всё это время, пока Надежда рассказывала мне их историю, Сергей сидел молча, обхватив голову руками. А потом продолжил:
— И ты понимаешь, я вдруг почувствовал, что-то со мной происходит. Будто взял меня кто-то, словно кусок теста, в свои большие ладони, и давай месить. Чувствую, другим становлюсь, слышать стал то, что раньше не слышал, запахи новые появились, и главное, вот здесь, – показывает глазами на сердце, – будто плотину подмывает. Я же ничего тогда не знал о её просьбе к Пресвятой Богородице, что условилась она за меня свою жизнь отдать.

Вечером иду домой, прохожу мимо церкви, и чего-то вдруг подумалось, зайду, свечку, может, поставлю. В храме покойно, молящихся совсем немного, тихо поют на клиросе. Взял свечу, решаю к какой иконе подойти, и взгляд упал на образ Пресвятой, тот самый, возле которого всегда молилась моя Надюша. Подошёл, перекрестился и думаю, что бы такое сказать, ведь возле иконы как-то принято молиться. И тут-то плотину окончательно прорвало. Не знаю, как это можно описать только в одну секунду увидел себя таким, какой есть на самом деле. Я ведь до этого считал себя неплохим человеком, а увидел и ужаснулся. Сколько же я горя приношу, и самое главное, своей семье. Стою у иконы глотаю слёзы, и ничего не могу с собою поделать, хорошо, что темно было, и никто меня не видел. Домой прихожу, встречает меня моя половинка, в глазах привычный страх, что наору сейчас или ударю. Упал перед ней на колени, словно перед иконой, и снова заплакал, а она мою голову к себе прижимает и тоже плачет, так мы с ней и стояли.

— Утром, – продолжает Надежда, – я пошла в церковь. Подошла к Пресвятой, благодарю Её и говорю: «Я согласна, Матушка, как условились, жизнь – за жизнь». Смотрю на лик, а глаза у Неё улыбаются, никогда такими я их больше не видела. Не приняла Она мою жертву, а помочь помогла. С тех пор Серёжа совершенно изменился, это же другой человек. У него радость в глазах появилась, молиться стал, в храм ходит. Батюшке теперь в алтаре помогает. Удивительная история.

Порою жизнь так человека закрутит, в такое положение поставит, что слетает с него всякая наносная шелуха, обнажая подлинное человеческое. И всё в одночасье становится на свои места. Это как во время атаки, поднялся солдат, пошёл на пули и победил. Или не нашёл в себе мужества встать во весь рост предал близких своих и умер от подлости и страха.

С Верой, смуглой симпатичной женщиной лет сорока, мы раньше уже были знакомы, когда в субботу вечером увидел её стоящей ко мне в очереди на исповедь. Я знал, что она работала отделочницей в строительной фирме, только прежде никогда не замечал, что у неё такие большие глаза, большие и блестящие. И только когда она подошла к аналою, стало понятно, что этот блеск от непрерывно набухающих слёз.
– Верочка, что случилось?

И женщина, уже не имея сил сдержаться, заплакала в голос:
– Батюшка, у меня всё очень плохо, очень. Велено в понедельник немедля ложиться на операцию, а надежды на выздоровление почти нет.

— Ты только не отчаивайся, раз врачи от тебя не отказываются, значит, надежда ещё есть. Положись на волю Божию и молись. Раньше когда-нибудь была на исповеди? Нет? Тогда давай поговорим о заповедях, а завтра ты приедешь на причастие и после службы я сразу же тебя пособорую.

А потом почему-то спросил:
— Вы с мужем венчаны? Нет? Тогда я вас обязательно обвенчаю. Когда? А вот как выздоровеешь, так и обвенчаю. И не смотри на меня так, если я обещаю, значит делаю.

Зачем я ей это сказал? Наверное, просто чтобы, приободрить.

Потом она приезжала уже после операции, ей предстояло пройти длительный курс химиотерапии. Я видел, что Вера ухватилась за причастие, словно за спасительную соломинку. В течение короткого срока реабилитации она успела раза три подойти к чаше. Исповедовалась, причащалась и потом долго ещё продолжала стоять возле образа целителя Пантелеимона.

Спустя ещё какое-то время, недели может через две, подхожу к храму и вижу, сидит женщина на лавочке. И прошёл бы мимо, но та меня окликнула, и только после этого, приглядевшись, я с трудом узнал в ней Веру. Судя по внешним чертам, это была она, но только очень измученная и внезапно постаревшая лет на двадцать, в платочке, прикрывавшим совершенно лысую голову.

Я помог ей подняться, и мы пошли в храм. И уже там, пытаясь улыбнуться, она сказала:
— Батюшка, видимо ты ошибся тогда, пообещав обвенчать нас с мужем. Не выдержу я лечения, лучше уж сразу умереть. Мне всё равно, и нет никакого страха. Я верю в Бога, и знаю, Он там меня встретит, я готова к этой встрече.

Только одно меня тревожит, мой муж. Представляешь, что он сказал? «Если ты умрёшь, я тоже уйду. Дети выросли, обойдутся и без нас». Думала, просто пугает, мужики народ капризный, а на днях у него сердце так прихватило, пришлось скорую вызывать. Кардиолог его смотрел, говорит, дело очень серьёзное, и жить ему с таким сердцем осталось месяца три. А он, словно, и рад. Что же делать, батюшка, как детей одних оставлять?

— Ты можешь попросить его приехать ко мне?
— Да он постоянно со мной приезжает, он же таксист. Я в храм иду, а он никак. Сидит в машине один. Не созрел, говорит, а я знаю, сидит там и места себе не находит. Уж лучше бы вовсе не ездил.
— А если я сам к нему подойду?
— Нет, лучше не надо, а то напугается, вообще замкнётся.

Разговариваем с Верой, а я всё думаю, что же делать, как им помочь? Как заставить её надеяться, поверить в исцеление? И вспоминаю моего давнего приятеля Серёгу и его Надежду, однажды в момент отчаяния, решившую в обмен на спасение мужа предложить Небу собственную жизнь.

— Вера, я знаю, что нужно делать. Жертва нужна, понимаешь, подвиг. Да, тебе очень тяжело, не хочется жить, вообще ничего не хочется, умереть бы и только. Но если умрёшь ты, умрёт и он. Жизнь за жизнь, Верочка. Значит, делаем так, служим молебен святителю Луке Крымскому, мы как раз собираемся в его честь строить у нас в посёлке большую часовню. И ты обещаешь, что будешь бороться за свою жизнь, чего бы тебе этого не стоило, пройдёшь через все муки, а в обмен будем просить Господа сохранить жизнь твоему мужу. Согласна?

Я видел, как ей было тяжело решиться. Ведь это же очень трудно, смирившись с мыслью о смерти, и приняв решение прекратить лечение, вновь возвращаться в больницу и проходить оставшиеся семь курсов химеотерапии. Ещё семь раз умирать и возвращаться к жизни, без всякой гарантии, что действительно встанешь и вернёшься к обычной человеческой жизни, к той самой, которую, будучи здоровыми, так часто не ценишь. Но это был единственный шанс спасти мужа и не оставить детей одних, и она согласилась. Мы помолились, я причастил её запасными дарами и проводил на выход. Уже у самой двери она обернулась ко мне:
— Как ты думаешь, а, может, нам сейчас обвенчаться, пока ещё не поздно? Думаю, мне удастся его уговорить.

Конечно, я венчал людей и перед самой их смертью, но ей почему-то отказал.
– Вот выздоровеешь, и обвенчаю.

Весь год я ежедневно поминал её на молитве, да и не только я один. Наши прихожане, зная историю Веры, радовались её очень редким, но таким знаменательным для всех нас приездам в церковь, переживали за них с мужем и тоже молились.

Иногда она шла сама, порой её кто-то сопровождал. Всякий раз Вера брала из храма святую воду, дома пила и с её помощью приходила в себя после очередного приёма лекарств. Ей было очень тяжело, но она не сдавалась и всегда помнила наш уговор: жизнь за жизнь. И ещё, возвращаясь в те дни, я не помню, чтобы женщина плакала или как-то себя жалела. Когда, наконец, был завершён курс химеотерапии, приезжать она стала реже. Только однажды заехала попросить у меня «церковного вина» и я на радостях отдал ей бутылку массандровского кагора, берёг его на какой-то праздник.

Я не заговаривал с ней о муже, понимал, если ему будет хуже, то мы об этом узнаем первыми. Просто продолжал молиться о них обоих, даже когда Вера практически исчезла из поля зрения и прекратила приходить в храм. По опыту уже знаешь, если человек перестаёт на тебя выходить, значит, ему стало лучше, и нет причин для беспокойства.

Прошло ещё сколько-то времени, и, наконец, она объявилась.
– Батюшка, уже два года, как я дала обещание. Помнишь, тогда, жизнь за жизнь? Так вот, вчера ездили в областную больницу, меня сняли с учёта как онкобольную.
– Это прекрасное известие. А как твой муж?
В ответ она снова улыбается:
— Сейчас у него не подтверждается ни один прежний диагноз. Сердце как будто ему всего двадцать. Но тот знакомый кардиолог, сказал, если бы я умерла, его бы сердце остановилась. Такая вот между нами непонятная взаимосвязь.

Слушал я Веру и не переставал удивляться. Вот две истории, казалось бы с абсолютно разными сюжетами. В одной из них человек соглашается умереть ради спасения мужа, в другой, наоборот, – соглашается жить. А итог один и тот же, люди приходят к Богу, спасая не только тело, но и душу.

— Ты снова одна, где твой таксист? Он что, всё ещё «дозревает»?
Вера уже смеётся:
— Батюшка, мой «Фома неверующий» начал молиться, правда, при мне ещё немного смущается, говорит, что научился этому, когда сидел и ждал меня возле храма. Сначала просто сидел и горевал, а потом от безвыходности попробовал обо мне молиться. Кстати, вот и он, – она повернулась в его сторону. Мужчина тут же подошёл к нам.

— Батюшка, – продолжила Вера, – во-первых, мы приехали узнать, как обстоят дела со строительством часовни святителю Луке?
– Стены уже стоят, на следующий год планируем отделывать.
— Шпатлёвка и покраска за мной.
— Договорились.
— А, во-вторых, хочу напомнить ещё об одном нашем уговоре. Я выздоровела, и своё обещание исполнила, теперь очередь за тобой.
Сперва я не сообразил, чего она от меня хочет, но Вера продолжила:
— У нас скоро серебряная свадьба, и мы хотим, наконец, повенчаться. Она смотрела на мужа, а тот на неё. И я убедился, что от радости тоже плачут, даже самые сильные люди, и вовсе не факт, что только женщины.

Священник Александр Дьяченко

PS calea_lactee

Красивый рассказ, хоть и о страшных вещах. Знаете, батюшка, я как-то читала в научном журнале статью про то, как живые организмы устроены, из маленьких клеток. Мы в школе учим, что клетки — это вроде кирпичиков, и управляются они нервами, а это не совсем так. Клетки — вроде муравьев, и они общаются между собой химическими сигналами. Даже когда рана затягивается, она не просто зарастает по краям, как травой, а клетки с края раны расползаются по открытой поверхности и соединяются в новую кожу. И организм здоров, пока между разными органами царит согласие, пока каждая клетка выполняет свое предназначение в сотрудничестве с другими. Это как большое государство. Мне кажется, когда у человека в жизни появляется смысл, это как раз и передается на клеточный уровень. Народ тоже не может жить без смысла.
Была еще одна поразительная деталь: оказывается, это предназначение состоит еще и в том, чтобы вовремя умереть. Если у какой-то клетки повреждена ДНК, она сигнализирует другим: «я больше не буду делиться», и погибает, и вместо нее размножаются другие. А раковые клетки — это те, которые хотят жить и спастись в одиночку, даже с нарушенной ДНК. Они очень живучи, живут гораздо дольше своих «законопослушных» сородичей, за счет которых существуют, не воспринимая их сигналов. Полные аналоги либеральных индивидуалистов!
Так что, может быть, каждый случай рака — это не просто испытание. Это означает бунт, ведь какая-то часть человека взбунтовалась против него самого. Мне кажется, в этом может быть ключ к тому, что так много стало всякой онкологии. Мы живем не в согласии сами с собой.

PPS о.Александр Дьяченко

Что-то наподобие муравейника или пчельника:)
Хочу написать продолжение на эту тему, только уже немного трагичнее. Опять таки на живых примерах, а их очень много. «Жизнь человеческая и состоит из подвигов и предательств…

PPPS yulala_borka

На мой субъективный взгляд — худший Ваш рассказ.
Хоть одна история есть, где муж жену, которая пошла шляться по мужикам-гастарбайтерам, да еще и ему об этом рассказывала, вымаливал ценою своей жизни?
Какое -то ощущение гадливости, наверное не все истории из жизни нужно выворачивать перед людьми изнанкой.

PPPPS о.Александр Дьяченко

У меня есть история из жизни одного священника, которого бросила жена а потом возвращалась к нему много раз и снова уходила. А он всё одно прощал её, принимал, но жить как с женой уже не мог. Каноны не позволяют. История, что я описал, вовсе не изнанка жизни. Если хотите знать, то так сегодня, да наверно и всегда, живёт множество семей. Я стараюсь не переходить границ и не обнажать дно, от которого порой мутит и тянет вырвать. Упаси Бог!
Здесь другое. Я пишу о «голосе», что сопровождал моего друга лет 25 его жизни. Безусловно, это голос беса. В результате такого общения Серёга и входил в состояние безграничной жестокости. Так цинично рассказывать об изменах можно только тогда, когда не бьёшь рукой, но хочешь убить словом. Это неприкрытый садизм. В том-то и подвиг женщины — подставив другую щеку, она восходит на необыкновенную высоту самопожертвования и этим освобождает самого близкого человека от общения с бесом и даже приводит его в церковь. Это реальный подвиг, и от того история очень ценна.

PPPPPS yulala_borka

«Если хотите знать, то так сегодня, да наверно и всегда, живёт множество семей»

Ужас какой-то, мне все-таки кажется, что это не так. Но если это так, то может разводы и не зло вовсе, чего ради так жить,зачем? Брак не для того чтобы друг друга топтать ногами.
Мне просто очень жалко эту женщину, представляю ее состояние, если ей на тот свет захотелось.
Голос — да, наверное беса, если не фантазирует, слишком уж необычно. Бесы, насколько я понимаю, могут в помыслы лезть, смысл им себя обнаруживать? И как-то легко сдался бес…

Доброго здоровья. Ваш вопрос можно разделить на два направления. За что это и как выйти из этой ситуации.

Самое первое. Вопрос, за что это происходит с вами. Нужно честно сказать, что никто не знает ответ на данный вопрос. Святых людей, которые были раньше и могли дать ответ Духом Божиим, безошибочный и точный, — сейчас нет. А если вдруг предположить, что они где-то и есть, то мы о них, настоящих, не узнаем. По той причине, что чем святее человек, тем он смиреннее, то есть не кричит о себе на каждом углу. Совесть внутри самого человека подсказывает ему, за что это происходит с ним. Важно прислушаться к ней, если она не завалена хламом разных грехов и совсем уже не замолчала.

Другая сторона — это подготовка к причастию. Причастие без должной подготовки очень опасно, об этом всегда везде и всюду говорилось. Начиная с апостола Павла (К Коринфом, глава 11- я, стихи 27-30):

Посему, кто будет есть хлеб сей или пить чашу Господню недостойно, виновен будет против Тела и Крови Господней. Да испытывает же себя человек, и таким образом пусть ест от хлеба сего и пьет из чаши сей. Ибо, кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем. Оттого многие из вас немощны и больны и немало умирает.

А дальше все святые всех времён и народов предупреждали об опасности причастия без соответствующей подготовки. В будущем необходимо это исправить и не приступать к причастию просто так.

Второе направление ответа на вопрос — конкретный план действий.

Самое первое — необходимо читать. Чтение — это пища для нашей души. Всю литературу можно условно разделить на три категории.

  • Священное писание и толкование на него. Начать необходимо с Нового завета, с четырёх Евангелий и толкований на них Феофилакта Болгарского. Они есть в интернете, можно скачать бесплатно.
  • Творения Святых отцов и жития святых. Читать необходимо начать с древних, всеми признанных отцов и учителей церкви, а не новых.
  • Прочая литература. Весь упор необходимо сделать на первые две категории, то есть твердую пищу для ума.

Затем необходимо молиться утром и вечером. Необходимо наладить регулярное посещение церковных служб в храме. Нужно освоить пост — все четыре поста и среды с пятницами. Начать с простого: отказаться хотя бы от мясной и молочной пищи в посты. Потратить время, прочитать литературу о духовном отце, каким он должен быть. Молиться Богу, чтобы помог найти не прельщенного духовного отца. И найти его. К нему сходить на покаяние — таинство исповеди. Советоваться с ним по разным духовным вопросам. То, что подсказывает совесть, стараться исполнять. Вот краткая инструкция ваших действий.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *