В чем суть православия?

Открыл чтение лекции в Зале Чайковского управляющий приходами Берлинско-Германской епархии Московского Патриархата, архиепископ Подольский Тихон, который сказал:

» В Свято-Троицкой Лавре преподобного Сергия Радонежского учащиеся и преподаватели тесно связаны духовными узами. Там мы впервые услышали голос Алексея Ильича Осипова и поняли, как правильно нужно задавать себе вопросы и где искать на них ответы. Когда мы приходили на его лекции, мы эти ответы получали. Я надеюсь и уверен, что встреча с таким замечательным человеком здесь, в Гамбурге, в приходе, принесет свои плоды».

Евхаристия в жизни христианина

Алексей Ильич Осипов, профессор Московской Духовной Академии

«Cамо слово «Евхаристия» – значит «Благодарение”. А поблагодарить можно по-разному. Можно сказать человеку «спасибо, спасибо большое» и отвернуться. Можно поблагодарить своим поведением, своими делами. Недаром говорится: друг познается в беде. И действительно, истинная дружба заключается и осуществляется не за столом, а когда происходят в жизни какие-то нестроения, болезни, скорби, несчастья. Здесь познается друг. Действительно ли он готов от своего свободного времени отнять часть или от своей зарплаты? Отдать часть своей души?

Евхаристия – это благодарение Богу, Христу. Он говорит: «Меня любит тот, кто исполняет заповеди Мои.» А я что думаю? «Подойду к батюшке под епитрахиль, сделаю отчет о проделанных грехах, причащусь, а уж жить буду, так как это мне нравится, Господи, а не так, как Ты говоришь.»

Вот видите, мы часто сводим Евхаристию только к самому факту причащения. На самом деле факт причащения без факта жизни обесценивается полностью. Причем настолько может быть обесценен, что может даже приобрести прямо противоположный характер. Вспомним: Тайная Вечеря, причащаются апостолы от самого Христа. Внешне – все, в действительности – нет. Святитель Иоанн Златоуст, говоря о Тайной Вечере, прямо говорит, что в Иуду с этим кусочком хлеба вошел Сатана. Что же по существу? Внешне, на пиру мы друзья, а далее – «я вас не знаю».

Это как у Пушкина, в «Руслане и Людмиле»: «…Фарлаф надменный, в пирах никем не побежденный, но воин скромный средь мечей»… Так и здесь, можно быть воцерковленным, и детей к чаше подводить, и не боимся мы даже оказаться среди тех о которых апостол Павел пишет грозно: «Посему, кто будет есть хлеб сей, и пить чашу Господню недостойно, виновен будет против тела и крови Господней. Да испытывает же себя человек, ибо кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе. От того многие из вас немощны и больны и немало умирают».

Вот это да! И никто не скажет об этом апостольском предупреждении. Слышим только, что надо причащаться часто и как можно чаще.

Евхаристия – самое сильное лекарство, которое может принять человек. В наш больной век мы все слышим о том, как опасно может быть принимать некоторые лекарства, если мы не соблюли все условия их приема. К примеру, есть лекарства, которые становятся ядом, если человек, допустим, съел что-то жирное. Вот тут сразу: «Ой, спасибо, что рассказали!» И уже никогда это не выпьем.

А Евхаристия или Причащение – это такие вещи, относясь к которым небрежно, мы можем катастрофически повредить себе. Благодарю ли я всей жизнью, когда подхожу к причастию самого Бога, который пострадал? Те, кто смотрел фильм «Страсти Христовы», наверное, содрогнулись. Я помню, как многие выходили из кинотеатра, пораженные, потому что забыли что такое Крест, превращая Его чуть ли не в какую-то эстетическую штучку.

Однажды был я в Иерусалиме. Подошла ко мне группа священников наших, которые меня знают: «Алексей Ильич, давайте сфотографируемся перед Крестом?». Знаете, что я им ответил? — «А вы бы захотели сфотографироваться, если бы на этом кресте была распята ваша мать или ваш отец?» Все замолкли, ушли… Мы потеряли смысл Распятия. Где же наша благодарность? Как легко бывает распылить нашу веру до того, что от нее остается какая-то внешне приятная эстетическая штучка и больше ничего. Красивый обряд, службы, облачения, действия, в чем-то напоминающие театральные… Митрополит Вениамин (Федченков), который долго жил за границей, а потом вернулся в Советскую Россию и там скончался, писал: «Нам скучно в храме, нас и в храме надо развлекать.» С изумлением я услышал слова одного американского протестанта, который говорил, что «у нас в церкви все должно развлекать, иначе люди ходить не будут». Церковь там вместо театра, представления, если этого не будет, никто не пойдет в церковь. Я бы сказал: да и пусть не ходят и не обманывают себя, если они ходят только ради органа или колокольчиков. И это называется Благодарение? Где же Евхаристия? Человек, подходит к батюшке не просто «сдать отчет о проделанных грехах», а действительно со всей жизнью своей, «Господи, прости меня!», выражая благодарность Христу за все страдания, которые Он перенес. Если этого нет, то в лучшем случае, мы причастимся впустую. В худшем – то, о том предупреждает апостол Павел.

Хлеб общения, соединения с Божеством, как говорит Иоанн Дамаскин, это наше благодарение. Сначала, спустя 1000 лет от Рождества Христова богословы утверждали, что хлеб и вино превращаются в тело и кровь Христа. Через полторы тысячи лет, когда Византия пала, появляются слова о пресуществлении, превращении. В 1645 году появилось кафолическое исповедание церкви восточной. Читаем фрагмент оттуда: «Поелику человеческая природа отвращается от ядения невареного мяса, Бог дает кровь и плоть Свою под прикрытием хлеба и вина». Восточный епископат дошел тогда до кощунства, хоть и неосознанного.

Православие не верит в превращение святых даров. В 18 веке, в «Катехизисе святого Филарета Московского» говорится о пресуществлении или преложении святых даров. Алексей Иванович Хомяков, замечательный мыслитель 19 века, писал по этому поводу: «Церковь наша не отвергает само слово «пресуществление», но настаивать на нем — значит бесчестить Тайную Вечерю». Что говорят святые отцы, Василий Великий, Иоанн Златоуст о преложении святых даров? Макарий Великий преподобный пишет: «Мы не должны мыслить это телесно и вещественно, как многие ученики слыша слово это, соблазнились, говоря : «Как Он может дать нам плоть свою?», — ведь истинная плоть жизни, которую вкушают христиане, и кровь, которую пьют, есть слово Его и Дух Святой и Он вселяется и обитает в хлебе Евхаристии и освящает его силою духовной.»

Святитель Григорий Палама пишет о том, что: «Сей хлеб является как бы некоей завесой скрытого внутри Божества, Господь посредством сего хлеба даровал нам соединение с Ним». Не превращение здесь происходит, а великое таинство соединения, как и в Боговоплощении, человеческая природа осталась неизменной, но соединилась с Божеством. Четвертый Вселенский Собор так определил это явление: нераздельное соединение Божественного и человеческого. Вот что происходит в Евхаристии. Недаром учение о Евхаристии, евхаристология, говорит нам о Богочеловеке и о хлебе, соединенном с Божеством. Причащаясь, мы соединяемся с Самим Христом, ибо Христос – это Богочеловек, и все, с чем соединяется Божество Христа, становится Его плотью.

Иоанн Златоуст, литургия которого совершается с четвертого века, пишет: «Как хлеб, прежде нежели освятится, мы называем хлебом; когда же божественная благодать освятит его через посредство священника, то он уже не называется хлебом, но достойно называется телом Господним. Хотя естество хлеба в нем остается, не двумя телами, но одним телом Сына Господня мы называем его». Человек, причащаясь, принимает внутрь себя Самого Христа. Это величайшее Таинство, которое может быть на земле: человек соединяется с Богом не только духовно, но и телесно, единокровно. Когда мать, кормящая младенца, причащается, то и младенец через нее причащается, ибо мать становится единокровной, единотелесной Христу в Причащении. Духовное состояние детей зависит от духовного состояния родителей. Игнатий Брянчанинов пишет одной матери: «Ваша добродетель будет привлекать благословение Божие на Вашего сына; а за согрешения Ваши может разразиться над ним гнев Божий». Очень важно знать: пока ребенок еще мал, очень много для него значит духовное состояние родителей. Чистота их душ определяет то, что будет с их ребенком. О детях можно не беспокоиться, сам Христос сказал, о детях, что «таковых есть Царство Небесное». А вот когда ребенка причащают, а потом чистого опускают в свою грязную яму, то это и есть грех, от которого «многие болеют и умирают», по словам апостола Павла. Нередко не о спасении думаем, а «чтобы ребенок не болел, лучше спал, не капризничал» — вот как некоторые, почти как язычники, рассуждают иногда о Причащении. Таинство – как меч обоюдоострый. Можно им отсечь всякое зло, а можно и привлечь всякое зло, если нет покаяния. Как часто мы неразумием нашим и невежеством приносим гораздо больше вреда, чем пользы. В язычестве ведь что важно: что именно сделать, кому, где и как. Христианство же говорит: важно не сделать, а измениться. «Дай мне сердце твое» — говорит Христос. Можно внешне горы сдвинуть и быть в это время дьяволами. Суть христианства – в покаянии, изменении нашего духовного состояния. «Осуждаю всех, я лучше всех» – вот показатель гордыни во мне. А Бог гордым противится, а смиренным подает благодать. Внешние признаки важны язычникам. «Кому нынче молятся от вреда алкоголизма?- Неупиваемой чаше Божией матери, а Казанская или Иверская тут не поможет». Вот уже до чего докатились некоторые «православные» язычники. Но это бы еще полбеды – не все понимают, о чем молиться надо. Не о квартире, не о благах, а об избавлении от грехов зависти, тщеславия, притворства и других страстей. Царство Божие усилием берется. Бога любит тот, кто исполняет заповеди Его, кто кается, осознает себя грешным, не осуждает других. Слышали, что пьяницы друг друга не осуждают? Наоборот, сочувствуют очень глубоко и помогают. Нам, христианам, вот у кого надо учиться, оказывается».

Вопросы и ответы Алексея Ильича Осипова после лекции о Евхаристии в жизни христианина

Профессор Алексей Ильич Осипов — выдающийся русский православный богослов, публицист, лектор и педагог. Заслуженный профессор Московской духовной академии, доктор богословия, проповедник, видный православный деятель, член Российской академии естесственных наук.

Говоря о пророчествах и старчестве Алексей Ильич часто цитирует преподобного Иоанна Лествичника: «Когда мы желаем вверить наше спасение кому-нибудь, то ещё прежде вступления на сей путь, если мы имеем сколько-нибудь проницательности и рассуждения, мы должны рассматривать, испытывать и даже искусить сего кормчего, чтобы не попасть нам вместо кормчего на простого гребца, вместо врача — на больного, вместо бесстрастного — на человека, обладаемого страстями, вместо пристани — в пучину и таким образом не найти готовой погибели». Вот с какой осторожностью нужно подходить ко всякому духовному руководителю, а также и к его словам, и уж тем более пророчествам. Рассмотри! Испытай! Даже искуси! Но не принимай все на веру, безрассудно».

– Уважаемый Алексей Ильич, не могли бы Вы сказать, какой должна быть подготовка к причастию, чтобы не причаститься «во осуждение» и как часто нужно причащаться взрослым и детям?

  • Как человек готовится, если его приглашают на высокий прием, а если на этом приеме ему еще надо что-то говорить, – то он ой-ой, как готовится! Понятно, в каком душевном тонусе он находится. Поэтому, как минимум, за одни сутки перед причастием нужно постараться вести христианский образ жизни: делом, словами, мыслями, желаниями, отношениями с людьми. Это первое. Второе: постараться, хотя бы в это время не смотреть этот несчастный телевизор, и не смотреть этот несчастный в квадрате интернет! Постараться не общаться, насколько это возможно, ни с кем и ни с чем. Почитать Евангелие, толкование на Евангелие, почитать святых отцов. Постараться помолиться, постоянно возвращая свою улетевшую мысль к словам молитвы, а это самое трудное. И, конечно, потребуется не только воздержание всех наших чувств, но и воздержание нашего тела, то, что называется постом.

    У Иоанна Лествичника в его «Лествице» Слово четырнадцатое называется: «О любезном для всех и лукавом владыке чреве». Вот хоть бы один день попридержать его, чрево. Знаете, традиции поста ведь были разные: иногда семь дней, иногда три. В наше время – дай то Бог, чтобы человек хотя бы один день провел вот таким образом: в воздержании, понуждении себя к молитве, отчуждению от всякой суеты. Это чрезвычайно важно.

    В день причастия надо всячески избегать суеты и всяких развлечений. Писание ведь говорит очень строго: «Проклят всяк, кто творит дело Божие с небрежением». Причастившись, но ведя себя по-язычески, мы этим самым страшно наказываем самих себя. Причащаться нужно, по словам Феофана Затворника, «в месяц однажды или два раза, хотя ничего нельзя сказать неодобрительного, если кто-то может чаще».

    Детей лучше всего причащать, когда сами готовы причаститься, потому что нельзя относиться к этому таинству формально и чистого ребенка в свой грязный омут тут же опускать. Это поразительно – каждое воскресенье, каждый праздник детей у нас причащают, потом смотришь: а где же они? Немножко подросли и уж никого не найдешь в храме.

– Что делать, когда привыкаешь к словам молитвенных правил, которые, бывает, произносишь механически, а вот осознания и смысла – нет?

  • Спасибо большое, это очень хороший вопрос. Святитель Игнатий Брянчанинов пишет: «Надо начать учиться молиться». Да я всю жизнь молюсь, особенно, когда гром грянет. Мы настолько уже привыкли, простите мне это слово, «болтать» молитвы, что уже просто невозможно. Попробуйте прийти к своему начальству и попробовать так обращаться, как мы вычитываем молитвы. Так что же делать? Святитель говорит: «Молитвой называется только то, что произносится с вниманием, благоговением и покаянием. Без этого нет молитвы, а только пустословие и оскорбление Бога.» Когда мы привычно произносим слова, а сами неизвестно где находимся. Я как-то пошутил, что в месте молитвослова, где стоит: «Господи, помилуй!» (40 раз) надо читать: «Господи, помилуй сорок раз иже на всякое время и всякий час!» Святитель Игнатий дает такой совет: «Тот, кто не понуждает себя к молитве Иисусовой, никогда не научится молиться дальше». «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешнаго» или: «Господи Иисусе Христе, помилуй меня». Чтобы держать свое внимание, чтобы оно не улетело, произнеся вот эти пять слов, требуется «аскео» или тренировка. В мирском языке аскет — это спортсмен. Только спортсмен занимается телом, а аскет куда более важным делом – своей душой.

    Положить себе за правило – тренировать внимание в молитве. Когда производится монашеский постриг, то специально вручаются четки, и не только как символ, как знак того, что без молитвы нет религии, а как инструмент, с помощью которого ты отныне должен все свое внимание обратить на молитву Иисусову, завещанную святыми отцами. Вся суть религии – в молитве. Но не в вычитывании ее, а в молитве. Апостол пишет: «Лучше пять слов умом, нежели тьму (это десять тысяч) языком.» Преподобный Илья Пресвитер, отец «Добротолюбия», пишет: «Тот, кто молится рассеянно без внимания – становится посмешищем бесов.» Посмотрите, как упорно тренируются мальчишки, девчонки, как они трудятся. Приучить себя к этому и научимся, потому что Господь обязательно поможет.

  • Почему женщина должна, входя в церковь, надевать платок? Многие молодые женщины воспринимают это как дискриминацию, а слова апостола Павла об этом у них вызывают отторжение.
  • Это что же мы, за протестантами пойдем, у которых только – Писание? Помню, сидим как-то мы с ними, православная делегация, идет диалог, обсуждение, в частности, обсуждается тема «гомиков». Встает один немец, лютеранин, и говорит: «А вот наша церковь совершает такие богослужения…» Мы говорим: «Ой как интересно, а вы не читали о Содоме и Гоморре? У вас какое священное Писание?» Святой Исаак Сирин говорит: » Душа познает истину по силе жития». Писание открывается только тому, кто сам становится сопричастником духа Божьего, Автора Священного Писания. «Блаженные чистые сердцем, ибо они Бога узрят». Поэтому критерием правильного понимания Писания являются учения святых отцов. И фундамент нашей веры состоит в учении святых отцов, а не в домыслах богословов.

    Наш фундамент – это святоотеческое учение. Народ это давно уже понял, и если человек начинает сам все толковать в Библии без обращения к авторитетным мнениям святых отцов – все пропало. Смирение – вот главная христианская добродетель, без которой ничего нет. По крайней мере любви – уж точно нет. У мусульман, к примеру, нельзя войти обутым в мечеть. У евреев хоть носовой платок, а надо на макушку положить, иначе невозможно войти к их святыням. Всюду каждая религия утверждает одну великую истину, о которой говорил еще Цицерон: «Нет религии там, где нет благоговения». А благоговение выражается в конкретной форме поведения. Так что если все женщины будут это понимать, они с удовольствием будут надевать этот платок в храме и ходить в нем.

  • Бог неизменен и поэтому не страдает. А как же святые и Присноблаженная Богородица, которые видят наше безумие? Где же тут место блаженству? Любить можно по-разному. Мать, видя страдающего ребенка, страдает, только потому что любит. И выражает свою любовь через сочувствие. Пока мы еще находимся в области исторического времени, мы соединяемся друг с другом посредством сочувствия, того элемента любви, который в нас есть. Я верю, что и души усопших святых, и сама Богоматерь, видя наше положение, и духовное и внешнее, я думаю, что сопереживают. В чем состоит блаженство? В умении стяжания любви. Блажен, кто любит, страдает ли он, радуется ли он. Пока мир находится еще в историческом бытии, никто из людей не имеет полноты блаженства. Мы называем Богоматерь Присноблаженной только относительно того состояния, в котором мы находимся и относительно того состояния, какое будет по окончании нашего земного бытия. Все относительно. Любовь не может не сострадать, не сочувствовать, и сама по себе она является величайшим благом и блаженством для человека.
  • Что Вы думаете о ситуации на Украине? «Каждая победа в душе христианина имеет огромное значение для всего христианского мира», писал славянофил Киреевский. Если Бог устроит все наилучшим образом, то хоть малую лепту внести в это. Но мы все делаем, лишь бы не касаться себя. «Победа из побед – победа над собой». Можно долго обо всем этом рассуждать, а воздержаться от осуждения сложнее – вот что принесет добрые плоды. Духовное состояние – вот что важно. В этом суть всех трагедий.
  • Расскажите о крестных, могут ли они серьезно повлиять на жизнь человека? Этот институт давно стал формальностью. Если раньше в гонениях на христиан, это было вопросом жизни и смерти, когда крестный при всех ручался за крестника, что тот христианскую общину не выдаст, не предаст, то сегодня крестный может и вовсе в Бога не верить. Думаю, что хорошо было бы, если бы для девочки была бы верующая крестная мать, а для мальчика – крестный отец, чтобы наставлять, помогать в жизни.
  • Можно ли поставить под сомнения действия батюшки, повенчавшего пару, но не выяснившего их духовной готовности к венчанию?

    Батюшка за свое сам ответит. Иоанн Златоуст писал, что в таинстве подает благодать Сам Господь, в соответствии с духовным состоянием принимающих это таинство, а не священник, который совершает только определенный чин.

  • Заповеди блаженства – это духовная лествица. Значит ли это, что она хронологическая или в разные периоды жизни можно находиться на разных ступенях этой лестницы?

    Не знаю. Какое это имеет значение? Относительно первой ступени все святые говорят: что это фундамент. Блаженны нищие духом. Если у человека не будет осознания необходимости Христа, как Спасителя, то ничего в его христианской жизни не будет. Спаситель нужен тому, кто утопает. А если я не утопаю и всем хорош? Попробуйте мне сказать, что я плохой и тогда узнаете, какой я хороший. Уж я-то сам себя легко изменю. Тот, кто не видит своего греховного состояния: «Меня не тронь, а то (простите меня) пойдет вонь!», тому и Христос не нужен и тот ничего не получит. Даже формально при этом принадлежа к православной церкви. Вот это очень важно.

  • В одной из Ваших лекций Вы сказали, что есть способ доказать бытие Бога. Как?

    Одно дело – доказательство в математике, там чистая логика. Совсем другое дело доказать то что существует или не существует. Как доказать, что в созвездии Раков водятся раки? Есть ли волки в соседнем лесу? Если несколько человек, независимо друг от друга свидетельствуют об одном и том же, мы захотим это проверить. Вот прошла в лесу проверка – ничего не нашли. Волк же не дурак – он не захотел проверяющей комиссии показаться.

    Мир бесконечен и наши знания всегда являются каплей в океане непознанного.

    С точки зрения науки никогда нельзя сказать, что Бога нет. Бог открывается только чедовеку, который имеет чистоту сердца. Тут требуется опыт, экспериментальное подтверждение, точно так же, как в любой другой науке. Причем для каждого человека. Как в науке доказательством является наличие фактов и способа проверки, так и в религии тоже мы видим: фактов сверхъестественного порядка известно очень много. Религия дает и факты и способ их проверки, то есть отвечает требованиям науки. Пока не проверили факт, это – гипотеза. Например, нейтрино. Сначала теория возникла, что такая частица должна быть. Потом экспериментально подтвердилось: да, это верно.

    Евангелие указывает, как нужно начать жить. Это способ проверки. Хочешь знать Бога, Который есть абсолютная святость — перестань лгать, клеветать, воровать, притворяться, согрешил – кайся, молись. Многие прошли этот путь. Игумен Никон (Воробьев) был неверующим человеком и пришел к вере, да еще как: в 1931 году принял монашество и сан священника. А через три года поехал строить Комсомольск-на-Амуре – забрали под арестом. Это же безумие – от всего отрекся, хотя имел блестящее образование. Когда его арестовывали, он попросил взять из дома маленькую книжицу. Посмотрели – непонятно, тарабарщина, ну ладно, можно взять. А это был Новый Завет на древнегреческом языке.

    Бытие Бога – не математика, а всегда только эксперимент.

  • Что означает иметь «ум Христов»? А что значит иметь любовь? Многие могут заявить, что никакой любви нет, что это сказки, выдумки, романтика. Человек, не переживший этого, не может об этом судить. Также и «ум Христов». Для человека, который ведет жизнь, соответствующую христианским заповедям и приобретает смирение, то по мере этого смирения происходит то, о чем сказал преподобный Серафим Саровский: «стяжание духа святого Божия». Это особое духовное состояние. Внутренние состояния непередаваемы, они только переживаемы. На основании моего личного опыта, который, может быть, совсем не соответствует состоянию другого человека, я ему сочувствую или сорадуюсь. «Ум Христов», или приобщение Богу – непередаваемо. Апостол повторяет слова пророка: «Око не видело, ухо не слышало, и на сердце человека не всходило, что уготовал Бог любящим Его». Это факт, таких фактов множество, и дай Бог нам почувствовать все это.

Расшифровка-транскрипция лекции: Ольга Вильман

Слово духовника Киевских духовных школ архимандрита Маркелла (Павука).

Очень радостно, что на праздник Крещения в церковь приходит много людей. Такое еще бывает разве что на Пасху и в Вербное воскресенье. В другие праздничные и воскресные дни людей значительно меньше. Может, это потому, что большинство не знает, для чего нужно идти в церковь, а те, кто ходят, не умеют этого правильно объяснить другим.

Праздник Богоявления лучше всего объясняет сущность нашей веры.

Когда Господь крестился в реке Иордан от Иоанна, то в этот момент на Него сошел Дух Святой в виде голубя и с неба раздался голос: «Ты Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение» (Мк. 1: 9–11). Так в Новом Завете впервые были явлены три Лица Святой Троицы – Отец, Сын и Дух Святой. Именно в честь Святой Троицы мы, дорогие братья и сестры, приняли в детстве святое Крещение.

Единство трех Ипостасей в единой Сущности, по мнению святых отцов, указывает на одну из главных целей христианской жизни – единение с Богом и другими людьми в благодатной любви.

Есть ли такое единение в любви между нами? Очень мало сейчас счастливых семей, в которых полная гармония между мужчиной и женщиной, родителями и детьми. Еще больше раздора и ненависти в обществе. Как же достичь единения по образу Святой Троицы?

Больше всего нас разделяют грехи, а потому путь к единению лежит через покаяние, к которому призывает Сам Господь и призывал перед Крещением святой пророк Иоанн: «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное» (Мф. 3: 2; 4:17).

Святой Иоанн Златоуст называет пять путей покаяния: первый – осуждение своих грехов, второй – прощение грехов ближних, третий состоит в молитве, четвертый – в милостыни, пятый – в смиренномудрии (разумной покорности). Он призывает не оставаться в лени, а ежедневно проходить всеми этими путями, потому что и они удобны, и ты не можешь оправдать себя бедностью. Действительно, даже если ты живешь беднее всех, все равно можешь и покорить свой гнев, и смириться, и помолиться усердно, и осудить собственные грехи – словом, бедность ни в чем не служит препятствием. Даже на том пути покаяния, где нужно тратить деньги (имеется в виду милостыня) – и там бедность вовсе не препятствует нам исполнить заповедь, как это показала вдова, положившая две лепты (см. Мк. 12:42).

Лучшее место для покаяния – это храм Божий. Здесь через нелицемерную Исповедь, участие в Таинстве Евхаристии, у нас всех есть возможность соединиться с Самим Христом и стать на путь вечной жизни.

Кто пренебрегает молитвой и не приступает к Исповеди и Причастию или уклоняется в раскол или секту, становится духовно мертвым, потому что каждый грех, который мы осуществляем делом, словом или мыслью, сначала нас парализует, то есть отбирает силу делать настоящее добро, а со временем убивает, и тогда мы не только не способны на добрые дела, но и заражаем своим трупным ядом окружающих, то есть становимся распространителями зла.

Почему призыв Христа и Его Церкви к покаянию многие люди не слышат или даже воспринимают агрессивно?

Большинство хочет оправдаться большой занятостью. Некоторые считают себя самодостаточными и не желают никому кланяться. Другие из-за своей постоянной лжи и обмана боятся пробудить в себе совесть, муки которой очень болезненны. Многие из всех этих людей уклоняются к раскольникам или сектантам, лишь имитирующим Церковь и церковную жизнь, но не имеющим силы Божией, потому что потеряли ее тогда, когда из-за своей гордыни отпали от истинной Церкви.

Отпадают от Церкви и воюют с Ней также те, кто никогда не испытывал удовольствия от благодати Божией. Есть, правда, и такие, которые ранее ее чувствовали, но из-за частых компромиссов с совестью относительно раскаяния в своих грехах, потеряли вкус наслаждения ею. Теперь они думают, что благодать в патриотизме, национализме, борьбе за человеческое достоинство. Бедные не понимают, что все перечисленное имеет относительное значение и полностью утрачивает свою цену, когда мы встречаемся со Христом. При свете Христовой любви все национальные границы стираются, а патриотизм и настоящая человеческое достоинство приобретаются только тогда, когда человек не воюет за свои права и свободы, а по-настоящему смиряется. Но, к сожалению, это могут принять единицы. Для большинства приемлема агрессивная революционная борьба за правду. Жаль, что они не помнят, к чему она привела 100 лет назад.

И все же, как бы эти люди ни уклонялись от Истины, с какой бы ненавистью к нам ни относились, мы должны учиться их любить и искренне о них молиться, как Христос о Своих распинателях, чтобы и они стали на путь спасения. Им крайне трудно к нам обратиться, потому что они потеряли истинное чувство благодати Божией, а мы можем их любить. Помните, что только силой благодати и наших добрых дел может произойти их обращение к Церкви Божией и единение всех по образу Святой Троицы. Аминь!

Аудио

Что дает православие человеку?

Очень многое. Прежде всего – если подойти с точки зрения такой… интеллектуальной – дает человеку мировоззрение, полноценное, оправданное, которое отвечает на важнейшие вопросы его жизни.

Какие вопросы? Это вопросы смысла жизни. Это же первый вопрос: есть Бог или нет Его? Есть вечность или нет ее? Что самое главное в человеческой жизни? Оно дает человеку не какой-то придуманный, а реальный образ совершенного человека. Не Дон Кихота, не князя Мышкина. Не какого-то героя из романа. А дает реальный образ Христа. Вот Он, тот идеальный человек, о котором мы думаем, гадаем, где он и какой он.

Христианство дает верные нравственные нормы жизни. Это в высшей степени важно. Ведь помним же все: «Кроха сын пришел к отцу, и спросила кроха, что такое хорошо, а что такое плохо».

Действительно, что такое? Где оно? Кто скажет? Мережковский, помните что писал: «И зло и благо – два пути, ведут к единой цели оба. И все равно, куда идти». Здорово? Лучше не придумаешь!..

Христианство дает твердые нравственные и даже духовные ориентиры.

Это первое. Христианство отвечает на вопрос, главнейший вопрос человека: зачем я живу? Зачем? Какой смысл? Какой смысл жизни человечества, если все умрут? А все действительно умрут.

Как , человечество как биологический вид смертно. Смертно! То есть всё, скоро-скоро окончится вообще все человечество как биологический вид. И зачем мы все живем? И какой смысл?

Как это важно!.. Для ищущего человека не ответить себе на этот вопрос – смерть. И многие кончали жизнь самоубийством. Православие отвечает со всей определенностью, ясностью: вы боги – вот кто такие люди. Вы боги и сынове Вышнего все вы, но чтобы стать богами, для этого нужно потрудиться.

Это первое, что христианство дает человеку мыслящему.

А если хотите дает в практическом плане. У кого из нас нет скорбей? Поискать такого человека… Правда, об одном я слышал – это папа Иоанн XXIII, который говорил: у меня не было никогда никаких скорбей. Но если бы вы посмотрели на его портрет, вы б поняли все сразу. Это колобок такой – полненький, толстенький, жирненький, улыбающийся. Может быть, у него действительно не было скорбей. Но это уникальный человек…

На самом же деле все мы исполнены скорбей. И как к ним относиться? Как их понимать? Христианство, православие, дает замечательное средство. Оказывается, все что с нами происходит, говорит оно, это вовсе не злоба людей, которых я знаю – вот мои враги, злодеи, которые ножки ставят. Это вовсе не случайности, это вовсе не общественные катаклизмы, которые произошли независимо от меня, это совсем не случайность природного характера, что налетела на меня та или иная болезнь, то или иное обстоятельство…

Нет, нет, нет, – говорит христианство. Ты ошибаешься, если так думаешь. Если будешь так думать, у тебя вечно будут враги, вечно будешь дрожать, как бы что не случилось. Как бы у тебя что-нибудь с работы не свалилось. Как бы ты не остался без того, сего и прочего.

Вечное напряжение… Сейчас мы начинаем понемножку сознавать, как бы не остаться без работы. Посмотрите, как многие страдают. На Западе что! Я вот в Германии встречался… в других странах. Молодежь сейчас думает, как бы найти место работы. Страдают! А сколько мы страдаем от недругов всяких.

Что говорит православие? Оно говорит следующее.

Приведу хотя бы Исаака Сирина, святого, который просто выразил учение православное. Он писал так. Ни одна тварь (ни одно творение), ни одно животное – ни духи, ни бесы, уж тем боле ни ангелы, ни человеки – никто не может принести человеку ни малейшей скорби без Бога любви и премудрости, всеблагого и всепремудрого Бога, который, если и дозволяет чему случиться, то только по одной причине: ради пользы человека.

Представьте – оказывается, я не в руках каких-то злодеев нахожусь, которые готовы в любой момент со мной сделать что угодно, – нет! Я нахожусь перед лицом любвеобильного и премудрого врача! Вы подумайте только!

Врача… а не палача! Который – вот, я наделал то-то и то-то – и он меня казнит, как это очень многие, к сожалению, думают, что Бог нас казнит за то, за другое, за третье…

Бог – врач. И когда случаются с нами неприятности и прочие вещи – это что такое? Врач вынужден сейчас вспороть мой живот, чтобы отрезать аппендикс, иначе я погибну. Вот что такое делает. Врач, повторяю еще раз, а не палач!

И это вера в то, что все совершается по всеблагой и премудрой воле Божией. Что люди даже, враги, злобные враги, есть только бессмысленные орудия в руках воли Божией – вы слышите, что дает?!

Что дает человеку! Какое утешение! Какую благодарность, какую даже радость!

Вот как важна эта вера. И чем более человек искренне верит, по-православному верит – вот так верит, тем меньше он страдает даже в тех случаях, когда, кажется, Боже мой, смотрите, что с ним произошло!.. С великомученика Евстратия кожу сдирали и поливали горячим маслом, а он воскликнул, эти мучения суть радость рабам Твоим, Господи.

Неслучайно мы видим в истории христианства, когда палачи бросали орудия пыток и заявляли «Я христианин».

Вот что дает православие человеку. Это нам ежечасно, ежеминутно важно. Потому что мы постоянно сталкиваемся со множеством неприятностей. Оказывается – вот от кого это исходит. От любвеобильного и премудрого врача.

О, слава тебе, Господи. Я достоин действительно. Я не вижу своих болезней. Но ты видишь, ты истинный врач. Я считаю себя хорошим, лучшим в мире. А на самом деле – дрянь. Как сказал Феофан Затворник: сам дрянь дрянью, а все твердит «несмь якоже прочии человецы». И вот пока мы видим себя хорошими, и приходится оперировать нас – вырезать и аппендиксы, и другие операции делать.

Вот что дает православие человеку.

Это самое главное. Есть еще целый ряд моментов. Но мы так и до завтрашнего утра не закончим.

Основное богословие. Московская духовная семинария, 2006-2007 ггОт чего спасает ХристосО Жертве Христовой. О СпасенииИсторические свидетельсва о ХристеДля чего Христос пришел на ЗемлюОтчеты на вопросыОдин из самых ярких православных богословов нашего времени: глубоко образованный, духовно трезвый, его выступления неизменно отличаются великолепным языком и полным отсутствием елейности. После каждой лекции – ответы на вопросы, причем не обязательно по теме выступления. Часто это бывает даже интереснее, чем основная часть. Род. 1938 г. В течение трех лет в домашних условиях занимался изучением начал богословия под руководством игумена Никона (Воробьева). По окончании МДА читал лекции по курсам: «Экуменизм», истории русской религиозно-философской мысли, протестантизму, современным богословским проблемам, основному богословию, западным исповеданиям. Состоял секретарем комиссии РПЦ по подготовке материалов в Религиозно-этическую энциклопедию, издававшуюся в Афинах; членом редколлегии сборник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *